С того момента, как Руван опускает меня на пол, чтобы открыть первую дверь, а я открываю вторую, мы движемся, словно единое целое. Слова нам не нужны. Тела, прижимаясь друг к другу, повторяют движения губ. Только что мы находились в главном зале, а в следующий момент я прижимаюсь спиной к двери в его спальню. Руван притягивает меня ближе, отрывает от пола, и я обхватываю ногами его талию.

Теперь я ощущаю его целиком: каждый дюйм великолепных мышц, каждый полученный в борьбе шрам, каждую прядь шелковистых волос. И стремясь поближе изучить его тело, провожу по нему руками.

Руван горячим дыханием обжигает мою шею и скользит губами вверх по подбородку, отчего по спине бегут мурашки, а после с прерывистым вздохом вновь приникает к моим губам – жадно, страстно, заявляя о силе своего желания, которое тут же отзывается во мне.

– Чего ты хочешь? – прикрыв глаза, шепчу ему в губы. Сквозь завесу ресниц я вижу резко очерченную линию челюсти и тени, которые ложатся на его лицо вместе с лунным светом.

– Тебя, – хрипло бормочет он.

– Мою кровь?

– Твое тело.

Все так же прижимая меня к себе, он отходит от двери и миг спустя опускает спиной на кровать. Подо мной прогибается матрас. Как ни странно, он пахнет вовсе не пылью и старостью, а жимолостью и сандаловым деревом. Приятное открытие.

Руван встает в изножье и смотрит на меня сверху вниз. Сейчас, когда лунный свет очерчивает безупречную линию его подбородка и играет в серебристых волосах, повелитель вампиров напоминает бога, который случайно попал в мир смертных. Я же – добровольно сдавшаяся на его милость жертва.

Руван ставит колено на матрас и медленно, словно зверь на охоте, придвигается ко мне; раздвигает коленями мои ноги, и когда наши бедра соприкасаются, я выгибаю спину и судорожно втягиваю воздух. Он скользит рукой вверх по моему боку и дотрагивается до груди.

Я непроизвольно издаю глубокий, хриплый стон и тут же заливаюсь румянцем. Подняв руку, прикусываю костяшки пальцев и бормочу:

– Прости, но ко мне никогда раньше так не прикасались.

Он медлит, задумчиво изучая меня. А потом берет мое лицо в ладони и поглаживает большим пальцем щеку. Я терпеливо жду вердикта, но время тянется, а Руван все молчит.

– Это ведь не проблема? – наконец спрашиваю я.

– Ты идеальна, – шепчет Руван, нежно целуя меня в губы.

– Прости, у меня мало опыта.

Прежде сей факт не доставлял мне особого беспокойства. Да, у меня не было любовников, я никогда не целовалась и не ощущала на теле мужских рук, но ничуть не тревожилась по этому поводу – ведь именно такого поведения от меня и ждали. В моем мире все знали, как обстоят дела.

Только вот Руван не из моего мира. Он сам заключает в себе целый мир. Где в нем мое место? И смогу ли я вообще прижиться?

– Я сказал, ты идеальна, – твердо повторяет Руван. – Печаль других станет для меня радостью и благословением. – Он нежно кусает меня за шею, но не прокалывает кожу. Это всего лишь поцелуй. И прикосновение языка. С моих губ срывается уже настоящий всхлип. – Не прячь своих реакций, Флориана. Отбрось всякий стыд. Стони, кричи, плачь, лишь бы от удовольствия. Я хочу тебя слышать.

– Но остальные…

– Они не услышат. Да и в любом случае, мне все равно. – Руван отстраняется, нависая надо мной. Рукой он все еще дотрагивается до моего лица. Прижимается ко мне всем телом, и мой мир сужается лишь до него одного. – Сегодня ночью забудь обо всем, Флориана, и только чувствуй. Отбрось все мысли и просто наслаждайся.

Легко последовать его совету, особенно когда Руван скользит вниз по моему телу и накрывает губами одну из грудей прямо через рубашку. С губ срывается еще один стон, за ним второй. Я вся пылаю, отдавшись на милость его рта и рук.

Теперь-то ясно, почему некоторые девушки стремились поскорее отыскать себе кавалера. Ведь при наличии партнера такое головокружительное удовольствие можно испытать в любой момент…

Руван вновь смещается, опуская ладонь мне между ног, туда, где находится источник желания. Я резко втягиваю воздух. Он же, почти мурлыча от удовольствия, начинает двигать пальцами, создавая восхитительное трение. Тело словно пронзает молния, сменяющаяся легким покалыванием, и от холодного ночного воздуха кожа покрывается мурашками. Судорожно дыша, я выгибаю спину.

Видимо, Руван точно знает, что мне нужно, и дает ровно столько, сколько требуется, ни больше ни меньше. Я закрываю глаза, отгораживаясь от света, звуков, мыслей. Есть только он – одновременно повсюду. Эмоции уже на пределе, а напряжение все нарастает. Этот мужчина лишь при помощи языка и пальцев способен расколоть меня на тысячу кусочков.

Я поджимаю пальцы ног, готовая вот-вот рассыпаться на части. Хочу предупредить его, но мне не хватает дыхания. И прежде чем успеваю выдавить хоть слово, удовольствие накрывает меня с головой.