Тик-так, тик-так, постоянное напоминание о том, что конца не видно. Только бесконечная пытка. Я состою в браке без любви, меня игнорируют, меня используют... это типичный брак в нашем мире.

В тебе нет ничего особенного. Так говорила мне мама. Больше всего на свете ненавижу то, что она была права.

По крайней мере, когда я попала сюда первый раз, он трахал меня. Как бы глупо это ни звучало, это помогло мне почувствовать себя полезной. Теперь он меня игнорирует. Это мое наказание.

Тик, тик, тик. Часы насмехаются надо мной, и мои мокрые от слез глаза смотрят на них. Тик, тик, тик. Секунда за секундой я сижу здесь, в комнате, а его комната находится дальше по коридору. Я даже не была в ней. С таким же успехом могу быть заперта в подвале. По крайней мере, тогда буду знать, где мое место.

Тик-так, тик-так. Поднимаюсь на ноги, хватаю стул, стоящий за круглым столом у двойных дверей на балкон, и швыряю его в эту чертову стену. Он попадает в часы и разбивает их вдребезги, прежде чем они падают на пол.

Тяжело дышу, глядя на разбитое стекло, и понимаю, что я и есть эти часы. Разбитые. Пришло время перестать быть хорошей девочкой. Он принял решение, и я сделала то же самое. Но его возвращение заставило меня пересмотреть свои действия четырехлетней давности. Мне нужно вернуться к ней. К черту его и к черту эту жизнь. Лучше уже не будет.

Я всегда была марионеткой. Для него, для матери, для лордов. Мы просто созданы для того, чтобы нас использовали. Секс заставляет тебя что-то чувствовать. Еще одна фраза, которую когда-то сказала мне мама. После того как я ушла от Сэинта, я сказала себе, что это ложь, потому что другие парни, с которыми я была, никогда не заставляли меня чувствовать то, что давал мне Сэинт. Она снова оказалась права.

Вздохнув, отхожу от разбитых часов и направляюсь в ванную комнату. Мне нужна ванна, а потом найду что-нибудь, чем можно накуриться. Или напиться. Мне нужно что-то, и мне все равно, узнает об этом Сэинт или нет.

Стою на балконе, любуясь темной ночью. Удивительно, как далеко можно видеть, когда есть свет, но некуда смотреть в темноте. То, что я когда-то думала, что у меня будет жизнь с мужчиной, который любит меня такую, какая я есть, и хочет, чтобы я родила ему детей, на самом деле глупо. С того момента, как меня спрятали здесь, я знала, что моя жизнь никогда не будет прежней, и была идиоткой, думая, что когда-нибудь будет по-другому. Лучше.

Мы не все получаем одинаковые шансы в жизни. Меня воспитывали, что у нас лучшая судьба, но это полная чушь.

Слышу, как открывается моя дверь, и даже не пытаюсь обернуться, чтобы посмотреть, кто там. Да мне и не нужно. Это может быть только один человек, и он — последний, кого я хочу сейчас видеть.

Он молча выходит на балкон и встает рядом со мной. Положив предплечья на перила, он наклоняется, открывая вид на лес.

— Чего ты хочешь, Хейдин? — напряженно спрашиваю. С тех пор как я вернулась, он только и делает, что избегает меня. Я знаю, почему, и понимаю это, но зачем притворяться сейчас?

— Хочу пригласить тебя на ужин.

Фыркаю.

— Я серьезно, Эштин.

Искренность в его голосе заставляет меня повернуться к нему лицом, и он делает то же самое, поворачиваясь ко мне. Смотрю в его темно-синие глаза, и он протягивает руку, костяшками пальцев смахивая волосы с моего залитого слезами лица. Он ничего не говорит, и я задерживаю дыхание, когда он наклоняется вперед и нежно целует мой лоб.

— Собирайся. Мы уезжаем через тридцать минут. — С этими словами он поворачивается и выходит из моей комнаты, не оставляя мне шанса на возражения.

Возможно, Сэинт оставил меня именно по этой причине — провести время с Хейдином. Если бы Сэинт знал правду о моем прошлом с его братом, он бы этого не сделал.

Мои волосы еще влажные после недавнего купания, поэтому быстро высушиваю их и решаю собрать в хвост. Нанеся немного тонального крема, румян, туши и блеска, я считаю, что готова. Одевшись, выхожу из гардеробной, когда в восемь тридцать открывается моя дверь.

Входит Хейдин и останавливается. Он засовывает руки в карманы своих черных брюк, а его взгляд падает на мои туфли на каблуках и бежит вверх по моим обнаженным ногам, медленно поднимаясь, чтобы встретиться с моим, и я нервно потираю потные руки о бедра.

— Готова? — спрашивает он.

Киваю, поворачиваясь к тумбочке. Собираюсь взять свой мобильный, но останавливаюсь. Зачем он мне нужен? Сэинт не собирается со мной связываться, а с Жасмин я и так ежедневно созваниваюсь. Поэтому разворачиваюсь и направляюсь к двери, а он следует за мной.

Мы идем по коридору к лифту. В молчании мы спускаемся на первый этаж. Выходя из парадных двойных дверей, мы проходим мимо Джесси, и он останавливается, чтобы перекинуться парой слов с Хейдином, но они говорят слишком тихо, ничего не могу расслышать.