Пожимаю плечами.

— Хуже, чем с Уитни, быть не может.

Он идет к нам, и мы поворачиваемся, чтобы втроем зайти в камеру Уитни.

— Она сказала тебе что-нибудь?

— Нет, — отвечает Хейдин. — Она у нас в рубашке уже три дня, и ничего. Не думаю, что она выдаст хоть какую-то информацию.

— Тай-сон, — задыхается она, дергая за ограничители и глядя на него. — Пожалуйста...

Он поворачивает ее спиной к нам.

— А Люк?

Я качаю головой.

— Он сказал, что сдал Эштин и мать Адама, но это все, что мы от него узнали. — В любом случае, я не уверен, что доверяю хоть чему-то из того, что он говорит.

— А что насчет ее телефона? — продолжает он.

Когда ее привезли, у нее было два телефона. Один был уничтожен, а второй мы оставили себе, пытаясь найти любую информацию об Эштин.

— Ничего, — снова говорю я. Между ней и Эштин не было даже текстовых сообщений. Только контакт с номером.

Мысль о телефоне заставляет меня думать о Дженксе. Я ничего не слышал от него о телефоне, который дал ему для проверки. Мне нужно позвонить ему.

Два часа спустя я сижу в своем кабинете после ухода Тайсона и Лейк, когда дверь открывается, и в комнату входит еще один посетитель.

— Привет, чувак. Гэвин позвал нас к себе? — говорит Син, входя со своей беременной женой за руку.

Встаю из-за стола.

— Да, он написал мне, — говорю я, кивая ему. — Он должен быть здесь с минуты на минуту. — Девин — наш врач в «Карнаже». Но когда мы приняли свекровь Сина, я заключил с ним сделку. Она беременна, и они собираются забрать ребенка, как только она родит. Я пообещал, что он сможет пригласить Гэвина — врача Лордов. Это был простой жест, который позволил ему чувствовать себя комфортно, а мне получить то, что я хочу в конечном итоге.

Дверь снова открывается, и я ожидаю, что это Гэвин, но это не он. Это моя жена.

— Эштин, ты не могла бы оставить нас на секунду? — говорю я, прочищая горло. Я игнорировал ее, надеясь, что она приползет ко мне и попросит прощения. За что? Не знаю. Мне просто нужно, чтобы она нуждалась во мне, но я знаю правду. Она не нуждается. Больше нет. Теперь она знает, что такое свобода, и она здесь просто пленница.

Жена Сина отпускает его руку и поворачивается лицом к моей, и мой пульс учащенно бьется, когда я понимаю, что должно произойти.

— Эштин? — вздыхает Элли. — Боже мой, как давно это было.

Эштин ярко улыбается белокурой блондинке, радуясь, что видит знакомое лицо.

— Да. Как поживаете? — Она протягивает руки и обнимает беременную женщину. — Выглядишь потрясающе. Поздравляю... — Они завязывают разговор, и я смотрю на Сина.

Он стоит и смотрит туда-сюда между ними, почесывая голову.

— Ты знаешь мою жену...? — спрашивает он, выглядя так же растерянно. Когда Эштин не отвечает, он смотрит на Элли. — Ты знаешь ее?

Она тепло улыбается ему.

— Да. — Смеясь, она показывает на мой стол. — Недавно я увидела твою фотографию с братьями Спейд на столе Сэинта и подумала, что это ты.

Син смотрит на меня, а я просто смотрю на него.

— Как...? — Он снова смотрит на женщин. — Откуда вы друг друга знаете? — У девочек разница в четыре года, так что они не могли учиться в Баррингтоне в одно и то же время.

— Лаура, мать Элли, была терапевтом моей мамы, — отвечает Эштин, не испытывая особого энтузиазма от признания этого факта. Затем она возвращает свое внимание к его жене.

Син поворачивается ко мне, и я вижу, как напрягается его лицо.

— Извините нас, дамы. — Прохожу мимо них и выхожу в коридор, зная, что мне нужна секунда наедине с ним.

Как только за нами закрывается дверь, он сталкивается со мной.

— Какого черта, Сэинт? — рявкает Син.

— Это не то, что ты думаешь...

— Значит, ты не подставил меня в надежде, что моя жена обменяет свою мать на меня? — огрызается он.

Вздыхаю, но не совсем.

— Я не знал, что отец Эштин собирается привести ее и предложить Лауру в надежде вернуть тебя, — рычу я. Син заключил с нами соглашение. Он сдался нам, чтобы освободить отца Элли из «Карнажа». Я знал, кто такая Элли? Да. Хотел ли я, чтобы ее мать жила под нашей крышей? Конечно! Я ненавидел эту женщину. Она причинила вред Эштин ранее, и хотела избавиться от нее. Я до сих пор думаю, что именно она помогла Эштин сбежать из «Карнажа». Я собирался выпытать у нее эту информацию, но эта сука оказалась беременной, и пока она не родит, я ее не трону.

Он грубо смеется, не веря мне.

— Пошел ты, Сэинт. — Син идет открывать дверь в кабинет, но я хватаю его за руку и останавливаю.

— Ты был готов на все ради своей жены. Я сделаю то же самое для своей, — говорю я ему.

Он дергает дверь и входит в кабинет.

— Элли, Гэвин будет здесь с минуты на минуту. Пойдем.