Мужчина снова смеётся, а затем направляет пистолет прямо на меня. Выдыхаю, потому что он больше не целится в неё.

Подняв голову, последний раз затягиваюсь сигаретой, прежде чем затушить её о перила. Возвращаюсь в дом, делаю глоток водки и направляюсь в спальню, оставляя телефон выключенным на кофейном столике. На сегодня с меня хватит. Я допью этот стакан, а потом отправлюсь в свой домашний тренажерный зал. Мне нужно потренироваться — это единственное, что помогает. Если завтра я буду чувствовать себя разбитым и мне будет трудно встать с кровати от боли, пусть это будет из-за того, что я сам себя измотал, а не из-за того, что этот кусок дерьма подстрелил меня.

Завтра вернусь к фотографиям и начну всё сначала.

Шарлотта

Сижу в машине возле ворот дома, о существовании которого мне вообще-то не положено знать. После того как я поговорила с Лордом вчера, вернулась домой, нашла фото чёрного дома и сделала обратный поиск по картинке в Google, что привело меня сюда. Слишком уж просто.

Всё это не даёт мне покоя. Если фотографии мне передали Лорды, почему они сами не пришли разобраться с ним? Тем более если они знают, что он скрывается в этом доме? Какого хрена им от него нужно? Неизвестность сводит меня с ума.

Есть время до завтра, чтобы что-то сообщить им, иначе я официально провалю задание. У меня была возможность отказаться и уйти, но я согласилась на их условия. Теперь, если облажаюсь, то стану для них бесполезной. А я отказываюсь быть той женщиной, которую разденут догола, привяжут к стулу и убьют из-за какого-то Лорда. Женщины в моём мире и так дают Лордам слишком много власти, но я не отдам им свою жизнь.

Я смотрю на ворота и никак не могу заставить себя нажать на кнопку вызова. Что я скажу, когда он ответит? Как я объясню, что знала, где его искать? Что, если его там нет?

Если даже братья Спейд не могут его найти, значит ли это, что они не знают об этом месте? Тогда мне тоже не положено знать. Это вызовет вопросы, на которые у меня нет ответов. Хейдин не знает, что я вижусь с ним только потому, что мне приказали.

Однако, он знает, что я часть его мира. Они никогда не позволили бы кому попало войти в Карнаж. Особенно тому, кто может приходить и уходить по своему желанию. Как только ты внутри — ты принадлежишь им.

Достав мобильный, пытаюсь дозвониться до него ещё раз, но попадаю на голосовую почту. Я в отчаянии и очень, очень зла.

Разочарованно вздохнув, завожу внедорожник и трогаюсь с места, мне нужно прочистить мозги и придумать другой план. Как я могу попасть внутрь? Мне нужно привлечь его внимание. Может быть, я могла бы припарковаться дальше по улице, перепрыгнуть через забор и поджечь его дом?

Это немного радикально, но именно этого ожидали бы Лорды. Они ставят тебя в ситуацию, когда выбор либо за тобой, либо за кем-то другим. Мы как крысы — либо прогрызи выход наружу, либо станешь чьим-то обедом.

Хотя стоять у него во дворе с улыбкой на лице и спрашивать: «Ох, Хейдин, как ты себя чувствуешь сегодня?» на фоне горящего дома — не лучшая идея. Он сразу поймёт, что это я его подожгла и тогда наверняка бросит меня в огонь за компанию.

Еду по извилистой дороге и замечаю в зеркале заднего вида машину, которая быстро приближается ко мне. Включаются мигалки.

Мой взгляд падает на спидометр, и я со злостью бью по рулю.

— Чёрт!

Хейдин полностью занял мои мысли, и я перестала следить за скоростью. На главной дороге нет обочины, поэтому я притормаживаю до тех пор, пока справа не появляется гравийная дорожка. Сворачиваю на неё и останавливаю внедорожник.

Мужчина выходит из машины и подходит к двери с моей стороны. Опускаю стекло, стараясь сохранить спокойствие, и делаю глубокий вдох.

— Доброе утро…

— Водительское удостоверение и документы на машину, — перебивает меня офицер.

Тянусь за сумочкой на пассажирском сиденье, но останавливаюсь. Не перепутай. Не дай ему не то. Открываю бардачок и достаю то, что он попросил.

— Какие-то проблемы? — я делаю вид, что не ехала на пятнадцать миль быстрее положенного.

Он изучает мои документы, а затем его тёмные глаза встречаются с моими.

— Выйдите из машины.

— Что? — я выпрямляюсь на сиденье.

Сердце начинает колотиться быстрее.

Он тянется к ручке двери, открывает её и смотрит на меня.

— Эй…

— Я сказал, выметайся, на хрен, из машины.

Он хватает меня за руку и вытаскивает наружу, отчего я врезаюсь в него.