Я осторожно поворачиваю ручку двери в свою комнату и выхожу в коридор, чтобы не разбудить Шарлотту. Поворачиваясь, чтобы пройти по коридору, я останавливаюсь, когда вижу, что Сэинт и Кэштон делают то же самое. Это заставляет меня задуматься, куда пошел Кэш после службы Адама и когда он вернулся.

Мы смотрим друг на друга, а затем опускаем глаза на наши телефоны.

— Я получил сообщение, — заявляет Сэинт.

— Я тоже, — добавляет Кэш, и когда они оба смотрят на меня, я киваю.

— Пойдем. Давай посмотрим, что, блядь, происходит.

Сэинт направляется к лифту. Спустившись в гараж, мы решаем взять мотоциклы. Давненько мы все не катались, и сегодняшний вечер, похоже, не хуже других. К счастью, дождь в какой-то момент прекратился.

Мы решили надеть шлемы. Так мы сможем поговорить друг с другом, если понадобится. Мы выезжаем из ворот Карнажа и едем по извилистой дороге. Мой взгляд падает на подъездную дорожку, на которой стоял внедорожник моей жены, и это безумие — думать о событиях, которые привели нас туда, где мы сейчас находимся.

Прибыв на аэродром, где нам было назначено встретиться, мы останавливаемся у черного частного самолета и видим припаркованный рядом такой же внедорожник.

— Кто бы это мог, на хрен, быть? — спрашивает Кэш, когда мы поднимаемся по трапу в самолет.

— Что за хуйня? — рявкает Сэинт, когда мы видим два знакомых лица, сидящих на одном из кожаных диванов.

Они как раз разговаривали и замолчали, услышав Сэинта. Билл берет свой стакан с виски и делает глоток, держа в другой руке мобильник.

Я перевожу взгляд на мужчину, сидящего рядом с ним, и хмурюсь. В руке у него папка из плотной бумаги, одет он во все черное с галстуком в тон. Точно так же, как и в последний раз, когда мы его видели — четыре года назад.

— Откуда, мать твою, вы двое знаете друг друга? — спрашивает Кэш.

— Присаживайтесь, джентльмены, — Билл указывает на оба дивана по обе стороны прохода, стоящие лицом друг к другу, и намеренно избегает вопроса.

— Чего ты хочешь? — спрашиваю я, глядя на того, кого мы не видели много лет. — Почему сейчас?

— Братья, — он приветствует нас.

Я сажусь справа, в то время как Кэш и Сэинт присаживаются напротив.

Тишину нарушает звонок мобильного, и я опускаю взгляд, чтобы увидеть, как на экране высвечивается фотография детектива и девушки. Она одета в черную выпускную шапочку и мантию; он обнимает её за плечи, притягивая к себе, и они оба улыбаются. Он отклоняет звонок, выключает свой сотовый и переворачивает его.

Я поднимаю взгляд, когда он нервно откашливается, а Билл, прищурившись, переводит взгляд с телефона на детектива.

— Почему…

— Позже, — детектив обрывает его.

Что, блядь, это значит?

Из подсобки выходит женщина, поправляя блузку, как будто она только что подняла её с пола, и спотыкается, чтобы застегнуть пуговицы. Она подходит к нам.

— Скажите моему пилоту, что мы готовы, — Билл делает жест в воздух. — И принеси этим людям всё, что они захотят выпить.

— Конечно, — она улыбается ему, а затем опускает взгляд на свои туфли, направляясь к кабине пилотов.

— Какого черта мы здесь делаем и куда направляемся? — спрашивает Сэинт, глядя на часы. Насколько я знаю, у Кэша дома в постели никого нет, но у нас с Сэинтом есть. И я бы предпочел быть по уши в своей жене, чем здесь, с этими двумя мужчинами.

— Я дам вам знать, как только мы поднимемся в воздух, — он откидывается на спинку сиденья, когда запускаются двигатели.

Мы чувствуем себя комфортно, зная, что им есть что сказать нам, и нам, очевидно, нужно это услышать. Что ещё Билл может сказать такого, о чем он нас ещё не проинформировал?

Стюардесса принимает наши заказы на выпивку, точнее только у Кэша. Он хотел водку. Уверен, что он пил всю ночь с тех пор, как мы похоронили нашего брата. Мы с Сэинтом отказались. Последнее, чего я хочу, — это чтобы я был под чем-то. Мы всё ещё Лорды, так что всё возможно. К тому же, в бою один на один я не уверен, насколько хорошо смог бы выступить прямо сейчас. Я всё ещё не на сто процентов пришел в себя, и всю энергию, которая у меня есть, я трачу на свою жену.

Самолет выравнивается, и Сэинт начинает.

— Ладно. Какого хрена мы…

Открывается задняя дверь — та самая, из которой вышла женщина и мы все вскакиваем на ноги.

— Да ну на хуй, — выдыхает Кэштон.

— Что за чёрт? — спрашивает Сэинт.

Я просто смотрю на мужчину, на лице которого сияет улыбка.

— Братья, — он широко разводит руки.

Кэш первым заключает его в крепкие объятия и хлопает по спине.

— Какого хрена, Адам? — он смеется и толкает его. — Сколько у тебя жизней?

— Я как кошка, — шутит Адам.

Я смеюсь и обнимаю его в ответ. Когда он отстраняется, то поворачивается лицом к Сэинту и скрещивает руки на груди.

Адам вздыхает.

— Сядь, пожалуйста. Нам нужно о многом рассказать вам, и я не хочу задерживать вас на всю ночь.