Я подумал, что это странно, что Шарлотта вообще прошла посвящение. И что не имеет смысла, что ей удалили клеймо, а затем приказали Шарлотте убить её. Я думал, это больше связано с Шарлоттой, чем с таинственной женщиной.

— Да.

— Я застрелила её, — тихо говорит она. — И каждый раз, когда я закрываю глаза, то вижу её.

— Шарлотта никогда не должна узнать об этом, — говорю я ему, и они все кивают.

Это уничтожит её. Она сделала то, что считала нужным.

Билл смотрит на меня.

— У тебя была сделка с Изабеллой.

— У тебя с ней была сделка? — рявкает Сэинт.

— Какого хрена, Хейдин? — огрызается Кэштон. — Как долго?

Билл поднимает руки к ним обоим.

Я не отрываю от него взгляда.

— Да, — я на секунду перевожу взгляд на Адама, и он тяжело вздыхает.

Это было сразу после того, как мы закончили тренироваться, и она без предупреждения заявилась ко мне домой и поставила ультиматум — я или Адам. Я отдал ей себя. Это продолжалось всего пару лет. Она приходила, и я её трахал. Мне потребовались все мои силы, чтобы не убить её. Но Лорды уже думали, что я убил наших отцов, поэтому, если я убью её, я боялся, что они пошлют кого-нибудь другого в Карнаж, чтобы мои братья прошли через ад, а я бы так с ними не поступил. Только не снова. Теперь я понимаю, что она придумала план получше — с Шарлоттой.

— А что насчет этого?

— Её «смерть» означает, что сделка теперь недействительна. Она сдержала свое слово, — я фыркаю, потому что это единственное, что она когда-либо сдерживала. — Вот почему Адаму пришлось инсценировать свою смерть. Не обязательно было устраивать большое шоу. Только то, в которое можно было бы поверить.

— Я придумаю новую, — говорю я. — Я поговорю с Лордами.

— Нет, — Адам качает головой. — Ты и так достаточно сделал для всех остальных, Хейдин. На этот раз я сам заключил сделку.

В самолете воцаряется тишина. Никто не осмеливается спросить, что он сделал, но все мы знаем, что ответ лежит прямо перед нами. Он пошёл к Биллу и предложил то, от чего тот не смог отказаться.

Я провожу рукой по волосам.

— Какое отношение к вам имеет Кукольный Домик? — спрашивает Кэш у Адама. — Если вы, ребята, не знали, где он находится, то, как Лорды могут связать его с вами?

— Они не обязательно могут это сделать. Но Лорды пронюхали, что я не пропавший без вести, как притворялся последние четыре года. Так что мы должны были что-то предпринять… — добавляет Адам, жестом показывая, что стреляет себе в голову.

— Откуда нам знать, что это не ты сдал его? — спрашивает Сэинт Билла.

— Ниоткуда, — отвечает он.

Адам качает головой.

— Он этого не делал.

— А Син? — спрашивает Кэш. — А как насчет его задания?

Адам кивает.

— Это ещё одна причина, по которой мы должны молчать о моем существовании. Син знает, что я не умер…

— Теперь мне стыдно за то, что я выбил из него все дерьмо, — бормочет Кэш. — ЧЁРТ!

— Это было для виду, — Сэинт невесело усмехается. Он звучит так же устало, как и я. — Вы, ребята, нас подставили.

— У нас было очень мало времени и очень ограниченные возможности.

Адам не соглашается и не возражает. Или не уточняет, как ему удалось заполучить тело и сделать его похожим на него.

— Я пытаюсь поступить правильно. Единственное, чего я не смог сделать для Эш… — Адам замолкает. — Я просто… хотел, чтобы вы, ребята, знали, что я всё ещё здесь.

Кэштон поднимается на ноги и подходит к Адаму, который тоже встает. Он хлопает его по спине и снова обнимает.

— Ты всё ещё мой брат, независимо от того, что ты делаешь и где живешь. И в Карнаже для тебя всегда будет приготовлена комната, если ты когда-нибудь захочешь вернуться домой.

— Спасибо, чувак, — Адам улыбается, отстраняясь. — Так просто ты от меня не избавишься, — шутит он.

Я встаю и роюсь в кармане, доставая ключи. Я снимаю тот, что на кольце, и протягиваю ему.

— Вот.

— Нет…

— Возьми его. Я купил этот дом для тебя. Он всегда был твоим.

Он берет его и притягивает меня к себе, чтобы обнять. Я ненавижу, что мы оказались там, где находимся, но я горжусь тем, что Адам отстаивает то, во что он верит. Многие мужчины, которых мы знаем, никогда бы так не поступили. Особенно против Лордов. Когда у тебя на спине мишень, от неё трудно уклониться. Возможно, мы видим его в последний раз.

— Спасибо, — он кладет его в карман.

Сэинт встает и поворачивается к нему лицом.

— Не дай себя убить, — говорит он.

Адам смеется.

— Это единственный план, который у меня есть, — Сэинт притягивает его к себе, чтобы обнять.

— Вот. Это для тебя.