Прищурившись, высокий тролль опускает свой лук. Второй следует его примеру. Третий, к горлу которого приставлен нож, остается неподвижным.

– Похоже, ваш друг нашелся, – сообщает тролль.

Оук одаривает его неторопливой, задумчивой улыбкой.

– А значит, у нас не осталось причин не воспользоваться вашим гостеприимством.

Лагерь троллей располагается на большой поляне и представляет собой здания из камня и глины, возведенные вокруг огромного костра. Искры взлетают вверх и опадают черным дождем, пачкая все, до чего достают.

Дома построены с большим мастерством и вкусом. Их украшает светло-коричневая лепнина в виде спиралей, деревьев и лиц. Высоко на стенах виднеются круглые стеклышки разных цветов, в основном зеленого и янтарного, создающие эффект витражей. Подойдя ближе, я понимаю, что они сделаны из бутылок, и замечаю несколько кружочков ярко-синих и багровых оттенков.

Размеры зданий поражают воображение. Хоть Оук и высок, но тролли выше его как минимум на голову. Большинство из них не меньше восьми футов ростом; у них зеленая или серая кожа, цветом напоминающая камни, в которые они превращаются.

Нас приветствует высокая женщина с мощными руками и ногами. Она называет себя Горги и сообщает, что является представительницей деревни. За ее спиной висит топор, а волосы заплетены в косы с серебряными застежками на кончиках. На ней кожаная юбка с вырезами по бокам, чтобы удобнее было двигаться.

– Вы ранены, – говорит она, замечая наш потрепанный вид. – И замерзли. Проведите этот день с нами, а мы обеспечим вас провизией и следующей ночью сопроводим до цели вашего путешествия.

Это предложение звучит слишком хорошо, чтобы быть правдой.

Оук смотрит ей в глаза полным искренности взглядом.

– Ваша щедрость не знает границ. Но могу ли я просить вас рассказать мне побольше об этом месте? И о вас самих?

– Можете, – отвечает она с довольным видом. – Разделите со мной чашку крепкого чая. Я угощу вас вкусным черным хлебом с медом.

Я бросаю взгляд на Тирнана. Он улыбается уголками губ и покачивает головой, приглашая меня вместе с ним повеселиться над тем, как Оук играет роль велеречивого придворного.

– Пойдем поищем горячую еду и посидим у костра, – говорит он, хлопая меня по плечу. – Принц тут и без нас справится.

Мы уходим прочь. Я немного прихрамываю на одну ногу. Несколько юных троллей приносят нам по тяжелой каменной чашке. Внутри плещется жидкость, похожая на чай, но вкусом напоминает скорее настой из коры. Я опускаюсь на валун возле костра. Здесь так жарко, что даже камень кажется горячим.

Я пью уже вторую чашку, когда к нам присоединяется Оук. Он держит в руке медовый сэндвич, который тут же разделяет пополам, отдавая мне и Тирнану по кусочку.

– По словам Горги, король троллей Хурклоу сейчас отсутствует. Он уехал свататься, но представительница деревни не изволила сообщить, на ком он хочет жениться. Она также не сказала, что произойдет, если мы попытаемся отсюда уйти.

– То есть мы в плену? – шепотом уточняю я.

Он вздыхает.

– Будем делать вид, что это не так.

Я откусываю кусочек сладкого черного хлеба. Потом кусаю еще и еще, едва ли не заталкивая его в рот целиком.

– И как долго мы будем этим заниматься? – спрашивает Тирнан.

Улыбка Оука становится напряженной.

– Постараемся закончить как можно быстрее. Держите ухо востро. А пока, Рэн, позволь взглянуть на твою ногу.

– В этом нет необходимости, – возражаю я, но он не обращает внимания на мои слова и закатывает мне штанину.

Нога запачкана кровью, но порез несерьезный. Тем не менее Оук просит принести нам бинты и горячую воду.

С тех пор как я ребенком покинула мир смертных, никто никогда не заботился о моих ранах. Нежность, с которой Оук прикасается к моей коже, вызывает во мне слишком много чувств, и я вынуждена отвернуться, чтобы он не увидел их на моем лице.

К нам приближается пожилой тролль. Он несет ведро, с каждым шагом расплескивая немного воды. Один его глаз закрыт повязкой, седые волосы заплетены в две длинных косы, а в ушах сияет дюжина золотых колец.

– Позвольте мне помочь, – говорит Оук, вскакивая на ноги.

Тролль фыркает.

– Тебе? Ты такой маленький, что можешь искупаться в этом ведре, точно младенец.

– И все же, – отзывается принц.

Пожилой тролль пожимает плечами и ставит ведро на землю, знаком показывая Оуку, что тот может попытаться его поднять. К немалому удивлению тролля, принцу это удается.

– Повесьте над огнем, чтобы нагреть воду, – указывает он. – Это для вашей дамы.

Оук вешает ведро на крюк, который свисает с огромной металлической треноги, установленной над костром.

Старик присаживается у огня проверить, как кипит вода, а затем достает из сумки рулон бинтов и вручает нам.

Оук опускается на колени и, смочив один из бинтов в воде, стирает с пореза кровь и промывает его. Он начинает перевязывать мою ногу, дотрагиваясь до нее теплыми пальцами, и я пытаюсь сосредоточиться на чем угодно, только не на прикосновении его рук.