– Ваше величество, – говорит он, прикладывая к сердцу свою руку. – Фанд отдыхает. Просила меня посторожить вас до тех пор, пока она не вернется.

Испытываю чувство вины за то, что сама не подумала о Фанд, которая так долго и так тяжело трудилась без отдыха. Разумеется, мне нужен не один рыцарь-телохранитель, мне нужно их больше.

– Как я могу тебя называть? – спрашиваю я.

– Артигоул, ваше величество.

– Где остальные гвардейцы Верховного короля?

– Грима Мог послала нас следить за перемещениями змея, – вздыхает он.

Какая странная и печальная перемена по сравнению с их первоначальной задачей – охранять Кардана. Но я не знаю, как отнесется к этой моей мысли Артигоул, и стоит ли мне вообще произносить ее вслух. И я, дойдя с ним до королевских покоев, просто оставляю его возле дверей.

Заглянув внутрь, удивляюсь, увидев Бомбу, которая сидит на диване и вертит в своих руках «снежный» шар. Внутри шара сидит игрушечная кошечка, а на боку шара написано «Поздравляю с повышением». Этот шар Виви подарила Кардану в день его коронации.

Не знала, что он сохранил его. Наблюдаю за тем, как кружатся внутри шара сверкающие белые кристаллики-снежинки, и вспоминаю донесение о выпавшем внутри тронного зала снеге.

Бомба смотрит на меня, опустив плечи. На ее лице читаю то же отчаяние, которое испытываю сама.

– Возможно, мне не стоило приходить, – говорит она, и это совершенно не похоже на нее.

– Что не так? – спрашиваю я, окончательно заходя внутрь.

– Когда Мадок пришел, чтобы сделать тебе свое предложение, я слышала, что сказала о тебе Тарин.

В ее словах читается скрытый вопрос, но я ничего не понимаю и растерянно качаю головой.

– О том, что тебя исцелила земля. – Бомба смотрит на меня так, словно подспудно ожидает, что я стану это отрицать. Интересно, думает ли она сейчас о швах, которые снимала с меня вот в этой самой комнате, или о том, как мне удалось выжить, упав со стропил. – Я подумала, что, может быть… ты сможешь с помощью этой силы разбудить Таракана.

Когда я присоединилась ко Двору Теней, я ничего не знала о шпионаже, ровным счетом ничего. Бомба видела все мои прежние провалы. Признавать свой последний провал мне очень тяжело, но…

– Я пыталась расколдовать Кардана, но не смогла, – говорю я. – Я не знаю, как у меня раньше получалось, и не знаю, смогу ли я сделать это еще раз.

– Когда я вновь увидела лорда Джарела и леди Ноури, то не могла не вспомнить о том, скольким я обязана Таракану, – говорит Бомба. – Если бы не он, я бы тогда не выжила. Даже если забыть о том, что я люблю Таракана, я очень многим обязана ему. Я должна помочь ему. И если только я могу хоть что-то…

Я вспоминаю о пробившихся из-под снега цветках. В тот момент я была фейри.

Думаю о надежде.

– Я попытаюсь, – прерываю я Бомбу. – Если в моих силах помочь Таракану, то, конечно же, я хочу это сделать. Конечно, я попытаюсь. Пойдем. Пойдем прямо сейчас.

– Прямо сейчас? – переспрашивает Бомба, поднимаясь на ноги. – Но ты же пришла в свои комнаты затем, чтобы поспать.

– Даже если предположить, что перемирие с Мадоком и Двором Зубов будет развиваться лучше, чем я надеюсь, очень может быть, что змей не позволит мне надеть на него уздечку, – говорю я. – Возможно, что долго мне не протянуть, поэтому все нужно делать так быстро, как только возможно.

– Спасибо, – неловко произносит это чисто человеческое слово Бомба, легко касаясь моей руки.

– Пока еще не за что меня благодарить, – отвечаю я.

– Тогда, быть может, подарок вместо благодарности примешь? – Она вытаскивает из кармана маску из черной вуали, точно такую же, как у нее самой.

Я переодеваюсь во все темное, накидываю на плечи плотный плащ, затем надеваю маску, и мы с Бомбой уходим потайным ходом. Удивляюсь тому, как этот проход изменился с последнего раза, когда я проходила здесь. Теперь он соединен с другими тайными проходами в стенах дворца. Мы спускаемся в винный погреб и входим в новый Двор Теней. Он гораздо просторнее прежнего и лучше обставлен. Либо Кардан не жалел денег на обустройство нового Двора Теней, либо они сами за его спиной таскали деньги из казны, не знаю. В новом Дворе Теней есть набитая посудой кухня с таким огромным очагом, что на нем даже пони целиком зажарить можно. Ну, не самого крупного, впрочем. Проходим через тренировочные комнаты с одеждой для маскировки, через штабную комнату, ничем не уступающую, пожалуй, штабной комнате самого Главного генерала. Замечаю нескольких шпионов – кое-кто из них мне знаком, других я не знаю.

Раскладывающий пасьянс за одним из столов в дальней комнате Призрак поднимает голову и с подозрением смотрит на меня. Светлые пряди спадают ему на глаза. Я поднимаю свою вуаль.

– Джуд, – облегченно выдыхает он. – Пришла.

Не хочу подавать ему – и всем остальным – напрасной надежды.

– Не знаю, смогу ли я что-нибудь сделать, но хочу взглянуть на него.