Платье на Кайе сейчас более открытое, чем то, в котором я видела ее последний раз. Оно не прикрывает шрам, начинающийся у нее от горла и спускающийся на грудь. Отчасти он похож на шрам от пореза, отчасти на шрам от ожога и определенно связан с причиной ее гнева.

– Меня не нужно защищать, – говорит она. – Я сама все решу.

– Тебе повезло, что она тебя всего лишь ударила, – говорю я Никасии. Ее присутствие раздражает меня, заставляет учащенно биться мое сердце. Не могу не вспомнить, каково мне было сидеть пленницей в Подводном мире. Я поворачиваюсь к Кайе и добавляю: – Но теперь все закончено, понятно?

Ройбен кладет ей на плечо свою руку.

– Ясно, – говорит Кайя, а затем поворачивается и уходит в своих высоких сапогах. Ройбен ждет, но я качаю головой, и он уходит вслед за своей супругой.

Никасия осторожно трогает пальцами челюсть, внимательно глядя на меня.

– Вижу, ты получила мою записку, – говорю я.

– А я вижу, ты якшаешься с моим врагом, – отвечает она, бросая взгляд в сторону Мадока. – Пойдем со мной.

– Куда? – спрашиваю я.

– Туда, где нас никто не услышит.

Вместе с ней мы идем по саду, оставив позади своих телохранителей. Отойдя немного, Никасия спрашивает, хватая меня за руку:

– Это правда? Кардан попал под заклятие? Превратился в монстра, чешуя которого ломает копья, которыми тычут в него твои подданные?

Я неохотно киваю.

К моему удивлению, Никасия опускается на колени.

– Что ты делаешь? – ошеломленно спрашиваю я.

– Прошу тебя, – говорит она, склоняя голову. – Пожалуйста. Ты должна попытаться разрушить заклятие. Я знаю, что ты полноправная королева и, возможно, не хочешь его возвращения, но…

Если что и могло удивить меня еще сильнее, так только эти слова.

– Ты думаешь, что я…

– Раньше я не знала тебя, – страдальческим голосом говорит Никасия. Кажется, еще немного, и она разрыдается. – Я думала, что ты просто обычная смертная.

Я не прерываю ее.

– Когда ты стала его сенешалем, я решила, что он назначил тебя на эту должность за твой лживый язык. Или потому, что ты была покорна ему, хотя раньше за тобой этого не водилось. Мне следовало поверить тебе, когда ты сказала ему, что он совершенно не представляет, на что ты на самом деле способна. Пока ты была в изгнании, я узнала от него гораздо больше. Знаю, что ты не поверишь мне, но мы с Карданом до того, как стать любовниками, до Локка, были друзьями. Когда я пришла сюда из Подводного царства, Кардан стал моим первым настоящим другом. И даже после всего мы с ним оставались друзьями. Я ненавидела то, что он любит тебя.

– Он тоже это ненавидел, – говорю я и смеюсь, но мой смех звучит гораздо резче, чем мне бы хотелось.

– Нет, это не так, – пристально посмотрев на меня, возражает Никасия.

В ответ на это я могу лишь промолчать.

– Кардан пугает народ, но он совсем не такой, как ты думаешь, – говорит Никасия. – Ты помнишь слуг, которые были у Балекина? Смертных слуг?

Молча киваю. Разумеется, я помню их. И никогда не смогу забыть Софи с ее набитыми камнями карманами.

– Они порой пропадали, и ходили слухи, что Кардан убивал их, но это не так. На самом деле он возвращал их в мир смертных.

Должна признаться, что сильно этим удивлена.

– Но зачем? – спрашиваю я.

– Не знаю, – поднимает вверх ладони Никасия. – Может, для того чтобы разозлить своего брата. Но ты сама смертная, и я подумала, что тебе будет приятно узнать о том, что Кардан делал это. А еще он прислал тебе платье. На коронацию.

Да, я помню это бальное платье цвета ночи, украшенное вышитыми деревьми и хрусталиками, изображающими звезды на небе.

Это платье было в тысячу раз прекраснее того платья, которое я заказала сама. Я-то думала, что платье прислал мне принц Дайн, поскольку это была его коронация, и поклялась быть его ставленницей, когда примкнула ко Двору Теней.

– Он никогда тебе об этом не говорил, да? – спрашивает Никасия. – Вот видишь? Две хорошие вещи, которых ты о нем не знала. А еще я видела, как ты смотрела на него, когда думала, что за тобой никто не наблюдает.

Прикусываю изнутри свою щеку, смущаюсь, несмотря на то что мы с Карданом были любовниками и были женаты. Что ж, то, что мы с ним любим друг друга, действительно трудно было сохранить в тайне.

– Так обещай мне, – говорит Никасия. – Обещай мне, что поможешь ему.

Думаю о позолоченной уздечке, о предсказанном звездами будущем.

– Я не знаю, как разрушить заклятие, – говорю я, и все слезы, которые я столько времени сдерживала, начинают катиться у меня из глаз. – Если бы могла, разве стала бы я устраивать этот дурацкий банкет? Скажи, кого я должна убить, что должна украсть, загадай загадку, которую я должна разгадать, или укажи ведьму, которую я должна перехитрить. Только скажи, что нужно сделать, и я сделаю это, несмотря на все опасности, трудности, несмотря на любую цену.

Мой голос ломается, и я умолкаю.