Я пнула его босой ногой по запястью с такой силой, что большинству мужчин стало бы больно. Но Кэлум только ухмыльнулся, глядя на мою демонстрацию насилия.

– Я вообще не собираюсь купаться, – сказала я, скривив губы и покачав головой.

– Людям в бегах редко выпадает возможность помыться. И скоро станет совсем холодно для ванн, разве что нам попадется горячий источник. Не глупи, Эстрелла. Заходи в воду, – сказал он, отступая от края, чтобы дать мне немного места.

Я посмотрела на воду. Больше всего мне хотелось погрузиться в ее тепло. Несмотря на клубящийся вокруг пар, температура заметно упала с тех пор, как зашло солнце. Я прикусила нижнюю губу, обдумывая, как это сделать, не приближаясь к Кэлуму слишком близко, пока я голая. Заводь казалась достаточно большой, чтобы вместить и дюжину человек. Вопрос был в том, останется ли Кэлум на своей стороне.

– Отвернись, – приказала я, поднимая ногу, чтобы стянуть второй ботинок.

– Ну, так нечестно. Ты-то меня видела, – сказал он с ухмылкой, которая просочилась и в голос, но все же отошел к противоположной стороне водоема и уперся локтями в край, глядя на долину.

Я поспешила снять платье, шлепая по воде в спешке, чтобы полностью погрузиться в воду, прежде чем он успеет обернуться. Меня окружило тепло, в которое я с удовольствием окунулась и которое стало согревать продрогшее до костей тело. Каждый больной сустав практически стонал от ощущения тепла и блаженства.

Я шла в воде до тех пор, пока не погрузилась по шею, не желая отвечать ни на какие вопросы о том, что Кэлум может увидеть. На его теле не было шрамов, оно выглядело безупречным – мое таким никогда не станет, и это напомнило мне, что мы вовсе не одинаковые и, независимо от того, кем мы скоро станем по решению фейри, наши жизни никогда не были похожи.

– Как хорошо, – выдохнула я и откинула голову назад, чтобы намочить волосы.

Дав им как следует намокнуть, я провела по ним пальцами, пытаясь распутать узлы без щетки.

– Давай помогу, – сказал Кэлум, подходя ближе ко мне, когда я изо всех сил пыталась дотянуться до колтуна на затылке.

– Стой где стоишь, вместе со своим василиском в штанах, большое спасибо, – сказала я, вытянувшись в струнку, как только он подошел ближе.

Он остановился сразу же, как я произнесла приказ, и его лицо озарилось весельем.

– Я без штанов.

– В этом-то и проблема. Мне больше нравится, когда мои кишки находятся в животе, где им и положено быть, а не вбиты в легкие. Просто держи эту штуку подальше от меня, – сказала я, наблюдая, как он усмехается и смотрит на меня так, словно у меня выросла вторая голова.

– Не могу сказать, что я слышал что-либо подобное раньше. Обычно женщины просят меня познакомить их с богами, – сказал он.

– Как по́шло. – Я подавила волну ревности, прокатившуюся по венам. – Может, ты не будешь рассказывать о своих предыдущих завоеваниях, если пытаешься заставить меня трахнуть тебя? Это грубо.

– Ревнуешь, детка? – спросил он, приподняв бровь и сделав еще один шаг. – Так помоги мне стереть память о тех, кто был до тебя. Мы оба знаем, что они больше не имеют значения.

Я сглотнула, не обращая внимания на замешательство, вызванное его словами. Кэлум сделал еще один шаг, и его приближение волновало меня гораздо больше, чем то, почему другие больше не имели значения.

– Клянусь богами, если ты прикоснешься ко мне, я оторву твой член и скормлю его тебе, Кэлум, – сказала я, немного отступив.

Его улыбка стала шире, и он сделал еще один шаг вперед.

– Наверное, меня не должны так возбуждать твои угрозы, и тем не менее каждый раз я чувствую легкое покалывание. – Он пожал плечами, как будто ничего нельзя было с этим поделать, и подошел ближе ко мне, невинно подняв руки. – Я обещал, что не прикоснусь к тебе, пока ты не будешь к этому готова. И я сдержу слово, Эстрелла. Можешь доверить мне свое тело.

– Я тебя совсем не знаю, – сказала я, прижавшись спиной к краю бассейна.

Кэлум еще сократил расстояние между нами, по-прежнему оставаясь вне досягаемости. Но ощущение его близости, ощущение его присутствия, от которого у меня покалывало кожу, сводило с ума.

Его действия испытывали мой самоконтроль и ставили под сомнение все, что, как мне казалось, я знала о себе.

– Понимаю. Но у нас полно времени, чтобы узнать друг друга. А пока повернись. Позволь мне помочь тебе распутать волосы. Мы же не знаем, когда у нас снова появится возможность помыться.

Кэлум опустился в воду так, что на поверхности осталась только его голова, оказавшаяся на одном уровне с моей. Убрав пальцы с колтуна, который так и не смогла распутать, я вздохнула и повернулась к нему спиной. Он скользнул пальцами в мои волосы, осторожно оттягивая их от моего обнаженного тела, так что костяшки его пальцев лишь время от времени касались моей кожи, пока он работал в тишине.

– А где сейчас твой отец? – спросила я, пытаясь заполнить повисшее между нами безмолвие.