Оглянувшись через плечо, я думала, что он следует за мной, наслаждаясь погоней, получая удовольствие от охоты на свою половину, осмелившуюся сбежать от него. Остановившись на мгновение, чтобы вдохнуть поглубже, я обернулась и посмотрела на стоявшего вдали на коленях Арамиса.

Калдрис исчез.

По объединяющей нас связи я чувствовала только ярость и то, как она смешивается с его волнением. Я повернула голову в сторону, изучая снег между мной и Арамисом в поисках следов, но ничего не увидела. Внизу темнели отпечатки только одной пары ног – мои смазанные следы, когда я мчалась так, будто от этого зависела моя жизнь.

Я резко развернулась и врезалась головой в черную броню из кожи и металла на груди моей половины. Калдрис стоял передо мной, и с его кожи сползали остатки теней, пока он смотрел на меня сверху вниз. Чтобы удержать равновесие, я уперлась ладонями ему в грудь.

В глазах Калдриса клубилась бездонная тьма, лишенная всякого света. Он уставился на меня, попытался схватить за руку. Большим пальцем провел по черному кругу на тыльной стороне моей ладони. Его голос был едва слышен, когда он наконец заговорил.

– Почему ты продолжаешь бегать от меня, звезда моя?

Я потянула руку к себе, пытаясь заставить его отпустить меня, когда темные глаза вдруг вспыхнули черным светом.

– Ты меня пугаешь, – сказала я, делая шаг назад.

Он отпустил мою руку, следуя за мной, когда я еще раз шагнула назад.

– Не надо бояться, – пробормотал он мягким голосом, несмотря на напряжение, охватившее его тело, когда он следовал за мной, отражая мои движения, как хищник, играющий со своей добычей.

– Что с тобой случилось? – спросила я, останавливаясь и замирая.

Он снова поднял руку и коснулся черным когтем моей щеки. Провел им по коже, скользнул по моим губам и подбородку и прижал кончик к передней части горла. Между нами повисла невысказанная угроза, пока он в замешательстве смотрел на точку соприкосновения.

– Ненавижу, что ты меня не хочешь.

– Но дело же не в этом. Ведь утром все было хорошо, и у тебя было прекрасное настроение. А потом ты увидел тело, – сказала я, и из горла у меня вырвался потрясенный вздох, когда он рукой ухватил меня за шею спереди.

Используя эту руку, он отклонил меня назад, приподнял и осторожно повалил на землю. На несколько мгновений я почувствовала себя невесомой, потом упала спиной в снег, а он склонился надо мной, всем телом прижимая свою руку к моему горлу.

– Калдрис, – простонала я, схватив его за запястье.

Арамис был так уверен, что мой бог не причинит мне вреда, что со мной все будет в порядке. Но сейчас я в этом сомневалась.

– Тело, – повторил он, понизив голос, и еще больше склонился ко мне.

Его лицо заслонило собой все вокруг, пока я пыталась вырваться, подавляя желание вступить с ним в схватку. Его рука на моем горле пока еще не полностью перекрыла мне дыхание, очень не хотелось, чтобы ситуация ухудшилась.

– Если они сотворили такое с фейрой, что, по-твоему, они сделают с тобой?

В его груди загрохотало рычание, похожее на волчье, и все тело завибрировало от силы рыка.

– Ты такая хрупкая, моя маленькая порочная половина.

Он провел когтем по моей коже, рассекая ее в доказательство своей точки зрения. Рана горела, когда ее целовал холодный воздух. Он опустил голову и слизнул каплю крови с моей кожи, между нами повис мой потрясенный вздох. Его язык задержался на мне, а медленное прикосновение к моей плоти заставило задрожать от вожделения, несмотря на весь мой ужас.

Он поднял свободную руку, чтобы я видела, как он вонзает коготь в собственную кожу, прокалывая себе палец, пока на поверхности не выступила единственная капля крови. Потом сжал мне горло и, пока я пыталась вдохнуть, заставил меня открыть рот. Прижав проколотый палец к моему языку, он влил в меня свою кровь, наблюдая, как затягивается у меня на горле небольшая царапина.

– Чего ты хочешь от меня? – хрипло спросила я, когда он ослабил хватку.

Наконец он убрал руку с моего горла и потянул за завязки на моей тунике, пока я лежала на плаще, который распахнулся, когда я упала на снег.

– Тебя. Я хочу привязать тебя к себе. Во всех отношениях и смыслах, – сказал он, водя когтем по моей груди.

Затем он сдернул ткань вниз, чтобы обнажить мне грудь. Я не остановила его, позволяя брать то, что ему хотелось.

Не столько из-за страха, сколько из-за того, что знала: ему сейчас необходимо именно это. Он нуждался во мне, нуждался в том, чтобы я не дралась с ним, не избегала его природы и нашей связи. Я подняла руку, чтобы коснуться лица Калдриса, нежно погладила его, пока он рассекал мне кожу своим когтем. От моей ключицы к соску скользнула маленькая красная струйка, и кожа вспыхнула огнем, когда он приблизил к ней свой рот и провел кончиком языка вниз, следуя за ней.

Разрез зажил сразу. Кровь, которую он влил в меня, служила цели устранения любых нанесенных им ран. Ртом он обхватил мой сосок, а я скользнула рукой в его волосы, чтобы сильнее притянуть к себе.