Степень наказания зависела от степени совершения греха. Некоторых били плетьми, а одну из послушниц лишили рук. Поговаривали, что она совершила рукоблудство. Удовлетворила себя и испытала самое постыдное, что может испытать послушница — плотское наслаждение.

А наслаждение — это сам дьявол внутри вашего тела, он поселяется внутри и совращает других, распространяется как эпидемия, превращая все вокруг в пристанище разврата.

Ей в ту ночь удалось избежать наказания, она порезала себе руку специально и ее отстранили от работы на кухне. Элизабет знала за что укусила ее змея.

За то, что пока бинтовала своего Дьявола, смотрела на его губы, на ресницы, на его руки и хотела всего этого дотронуться, прикоснуться к нему и ощутить, как он прикасается к ней. Только уже по-настоящему. И с тех пор как встретила его, видения прекратились…

Он приходил. Часто приходил и прятался за деревьями. А она ждала его каждый день. И ее сердце наполнялось счастьем, когда пыль из-под копыт его лошади поднимала столпы на дороге, ведущей к монастырю. Шла с чаном к воде и знала, что следом идет, как зверь за добычей и ощущать себя его добычей было самым волнующим и прекрасным на свете. Ей хотелось, чтоб он, как коршун, навис над ней и схватил ее в вои лапы.

Ей нравилось видеть, как вспыхивает его взгляд, как становится из светло-серого темным, страшным, похожим на смертельный вихрь облаков в грозовом небе. Как он следит за ней, пока она полощет белье в воде. Ветер треплет его волосы, швыряет назад, открывая высокий лоб. У него невероятно красивое лицо. Нет, Элизабет не видела много мужских лиц, чтоб можно было сравнить, но у красоты разве есть критерии, есть какие-то каноны? Люди видят красоту сердцем. Как рисунок, который привлекает взор, сводит с ума и заставляет смотреть снова и снова. Так и он… Как самый диковинный рисунок. Слившийся с природой хищник, притаившийся за деревьями и всматривающийся в нее так, словно сожрать хотел.

И ей до безумия хотелось быть сожранной. Узнать, что это такое.

За каждую встречу с ним ее били крапивой. Проклятая змея оставляла на ней метки, кусала и жалила ее руку. Она могла бы не ходить туда, могла бы отказаться от стирки и взять себе работу на кухне, поменяться с другими послушницами, но нет… Разве можно променять час их встречи только потому что потом ее несчастное тело будет зудеть и чесаться сутки. Плевать. Это можно вытерпеть, а вот разлуку с ним нееет.

Ей вспомнилось как однажды за псами на заднем дворе наблюдала. Вначале не поняла почему огромный черный кобель несется за мохнатой рыжей сучкой. Думала играются они. А потом кобель на свою жертву запрыгнул, впился клыками в холку, к земле придавил и навис над ней и начал дергаться с диким рыком, а она только поскуливала под ним и даже не вырывалась. Послушницы хихикали, а мать-настоятельница розгу достала и всех ею отходила, чтоб не пялились. А через несколько месяцев рыжая щенков принесла.

Элизабет тогда поняла тайну рождения… ведь никто ей об этом не рассказывал. Иногда она представляла себе, как вот так же ее на землю повалит Дьявол, нависнет сверху и… она не знала, что именно он с ней сделает, но ей хотелось, чтоб зубами шею ее прихватил, и чтоб она скулила как та сучка рыжая под ним.

После мыслей этих сулила она совсем в другом месте от зуда на покрасневшем лице и конечностях.

Но однажды она не выдержала… не устояла перед своим персональным Дьяволом, наблюдающим за ней и сжимающим руки в кулаки. Она захотела испытать свою власть над ним, свести с ума ещё больше, и никто не учил ее этому, никто не рассказывал ей. Это заложено внутри, в подсознании, в самом женском естестве — соблазнить мужчину. Она стянула свое монашеское платье через голову и оставшись в одной рубашке вошла в воду. А когда вышла то увидела, как он смотрит на нее остекленевшим взглядом, стоя за кустами, как дрожит его тело, как оно дергается и его обрывчатое дыхание доносится до нее… а потом и гортанный стон. Она видит, как он запрокидывает голову, как натягиваются мышцы его сильной шеи и закрываются глаза, как раздуваются ноздри и широко открыт рот… Она не знала, что именно произошло, что он делал там… почему так быстро двигал рукой, но увидела самое завораживающее зрелище в своей жизни и от этого зрелища у нее затвердели соски и заныло между ног так, что захотелось все там сжать до боли, чтоб унять этот зуд. Змея тогда ужалила ее несколько раз и кожа на руке покрылась волдырями.

В тот вечер она получила десять плетей и сидела в позорной келье трое суток без еды и воды. Ей запретили стирать в озере. Отправили на задний двор.

С тех пор ОН больше не появлялся….Но она ждала. Каждый день ждала, каждую секунду. Смотрела с тоской в окно на то, как деревья сменяют листья, на то, как зима приходит вслед за летом. И верила, что придет за ней. Ведь это ее Дьявол. Она предвидела его появление, она знала о нем задолго до первой встречи и считала, что предназначена ему самой судьбой.