– Артём Владимирович, простите за беспокойство. Здесь… девушка. Она настаивает, чтобы вы её приняли. Даша Трофимова.

Она слушала несколько секунд, а потом коротко кивнула и бросила взгляд на меня.

– Он примет вас.

Я вздохнула так, словно из меня вырвали всю злость одним движением, но внутри гнев только нарастал.

Охранники всё ещё стояли рядом, но теперь просто провожали меня взглядом. Один из них жестом показал идти за ним.

Ну что ж, Северов. Я иду.

Я поднималась по лестнице, чувствуя, как каждая ступень становится всё тяжелее. Моё дыхание сбивалось, ноги дрожали. Но я держалась.

Ты не победишь меня. Ты можешь пугать кого угодно, но не меня.

Моё сердце билось, словно я была на пороге чего-то неизбежного. Я знала, что эта встреча изменит всё. Знала, что он уже готов уничтожить меня своим взглядом, своими словами.

Но я больше не могла молчать.

Я выдохнула, как будто перед прыжком в ледяную воду, когда двери его кабинета оказались передо мной. Охранник открыл их, и я вошла.

Теперь всё решится.

Дверь кабинета хлопнула так громко, что, казалось, стены дрогнули. Я влетела внутрь, даже не подумав, что могу остановиться. Моё лицо горело, пульс бил в висках, пальцы дрожали. Но это была не слабость. Это была ярость, которая разрывала меня изнутри.

Он стоял у окна, с бокалом в руке, словно ничего не случилось. Спокойный. Невозмутимый. Холодный, как всегда. Он даже не обернулся на звук двери, только продолжал смотреть куда-то вдаль, будто я была всего лишь лёгким раздражением, мешающим его мыслям.

– Вы! – мой голос сорвался с губ, как крик. – Что вы себе позволяете?!

Я не ждала ответа. Не могла ждать. Мои слова сами рвались наружу, обрушиваясь на него, как удар за ударом.

– Вы думаете, что вам всё можно? Что вы можете распоряжаться жизнями людей, как игрушками? Думаете, что ваши деньги и власть дают вам право сжигать всё, что вам не нравится?!

Он медленно повернулся ко мне. Его глаза были чёрными, как ночь. В них не было ни капли эмоций, только эта ледяная глубина, которая всегда пугала меня и одновременно тянула. Красивый до боли, до истерики. Мужской, сильной, мощной красотой. От него несет сексом, силой, властью…Боже, о чем я думаю!

– Вы что, думаете, что я испугаюсь вас? Думаете, что я сломаюсь?! – я почти кричала, моя грудь тяжело вздымалась от каждого слова.

Он молчал. Просто смотрел на меня, изучая, как хищник смотрит на добычу, которая ещё пытается сопротивляться.

– Вы монстр, – продолжила я, мой голос дрожал, но не от страха, а от бешенства. – Тиран. Человек без сердца. Вы разрушаете всё, до чего дотрагиваетесь.

Его лицо оставалось непроницаемым, но я заметила, как его пальцы крепче сжали бокал.

– Вы думаете, что можете меня уничтожить? – я шагнула ближе, чувствуя, как мои ноги дрожат, но я не останавливалась. – Но я не сдамся. Я не позволю вам…

– Достаточно, – его голос прозвучал так тихо, что я едва не остановилась.

Но эта тишина была страшнее крика. Она заставила воздух в комнате сгуститься, стала чем-то осязаемым, чем-то, что давило на меня, лишало дыхания.

– Ты закончила? – спросил он, делая шаг вперёд.

Я замолчала, мои слова застряли где-то в горле. Его глаза встретились с моими, и я почувствовала, как меня словно ударило током.

– Ты понятия не имеешь, с кем связываешься, – его голос был низким, ровным, но в каждом слове слышался скрытый огонь. – Если бы я действительно хотел тебя уничтожить, ты бы уже лежала в руинах. Как твой грёбаный садик.

Его слова резанули меня, как нож. Я отшатнулась, чувствуя, как меня накрывает волна боли и злости.

– Вы… вы чудовище, – прошептала я, моя грудь тяжело вздымалась. – Вам всё равно, кого вы разрушаете. Главное, чтобы все знали, что вы самый сильный. Самый могущественный.

– И что? – он шагнул ближе, его лицо теперь было так близко, что я видела, как тень падает на его скулы. – Это пугает тебя, Даша?

Его голос был хриплым, но тихим, как шёпот перед бурей.

– Нет, – выплюнула я, не отводя взгляда. – Это только злит меня.

Его губы чуть дрогнули, будто в едва заметной ухмылке.

– Хорошо, – сказал он. – Злость делает тебя сильнее.

Я стояла перед ним, чувствуя, как весь мой гнев превращается в что-то другое. Это не было просто раздражением. Это было желание. Болезненное, яростное, жгучее. Оно заставляло мою кожу гореть, а дыхание сбиваться.

Он наклонился ближе, его тёмные глаза смотрели прямо в меня.

– Но ты всё равно проиграешь, – прошептал он, его голос был так близко, что я чувствовала тепло его дыхания.

– Уберите свои грязные руки от моей жизни, – выдавила я, сжав кулаки.

– Я держу тебя в своих руках, Даша, – он посмотрел на мои губы, и я поняла, что он это знает. Он чувствует это притяжение так же, как и я. – И ты это знаешь.

Моё дыхание сбилось, сердце стучало так сильно, что я едва не закричала.