Грудь сдавливает, как будто внутри вместо сердца – чернота, вязкая, бесконечная, отравляющая всё. Он ненавидит его. За то, что он был таким. За то, что он есть.

Алина стоит рядом, её рука легко касается его плеча, её голос тихий, обволакивающий, правильный.

– Всё позади, малыш. Теперь у нас всё будет иначе.

Ложь.

Но он не отвечает. Он не хочет говорить.

Её пальцы мягко скользят вниз, находят его ладонь, сжимают, давая ему опору. Она нужна ему. Она единственная, кто осталась.

– Мы начнём новую жизнь, – шепчет она, её голос тёплый, будто пропитанный чем-то сладким.

Егор молчит.

Смотрит вперёд, за границу, за этот момент, в новую реальность, в свободу.

Но ощущение не такое.

Нет радости. Нет облегчения. Нет воздуха.

Потому что правда в том, что боль не исчезает. Она просто становится тише, но глубже.

Потому что в этой новой жизни его мать снова рядом.

Она ласковая. Заботливая. Идеальная.

И это пугает.

Егор чувствует, как её пальцы сильнее сжимают его руку, удерживая, подчиняя.

И вдруг ему становится страшно.

Неужели он меняет одну клетку на другую?

***

Толпа ликует.

Шёпот, смех, вспышки камер, блеск украшений, громкие возгласы – всё смешивается в единый поток звуков, оглушительный и бесконечный. Люди улыбаются, бросают лепестки под ноги, кто-то хлопает, кто-то произносит красивые слова о счастье и любви, но я их не слышу.

Они не знают правды.

Они видят роскошь, слышат музыку, восхищаются сценой, разыгранной перед ними до мельчайших деталей, но не понимают, на что смотрят.

Все думают, что это великая история любви. Они говорят о власти, о красоте, о гармонии, о силе, которая соединяет нас. Они думают, что этот брак – символ чего-то большего, чего-то, что не всем дано понять.

Но я знаю.

Это не любовь.

Это не обычный брак.

Это одержимость.

Тьма.

Зависимость.

Я иду к алтарю, и платье тяжёлым шлейфом тянется за мной, словно цепи, сковывающие каждое моё движение. Белая ткань гладкая, безупречная, словно снежный покров, который вот-вот окрасится кровью.

Я не дрожу.

Я не останавливаюсь.

Я приняла свою судьбу.

Когда-то я думала, что у меня есть выбор. Что я смогу сбежать, вырваться из этого плена, раствориться в чужом городе, забыть его голос, его руки, его власть надо мной.

Но выбора не было.

Никогда.

Я чувствую его взгляд.

Он стоит у алтаря – высокий, безупречный, в чёрном костюме, холодный, как мрамор. Его глаза не мигают, они впиваются в меня, высасывая остатки воздуха из лёгких, не давая мне ни единого шанса отступить.

Он знает.

Он знал всегда, что я приду.

Что, несмотря на страх, несмотря на разорванную душу, несмотря на все попытки ненавидеть его, я всё равно приду.

Я иду к нему, а вокруг – восторженные крики. Женщины шепчут друг другу о том, какая я прекрасная, мужчины с одобрением пожимают друг другу руки, поздравляя с удачным союзом. Для них это нечто величественное, сказка о неприступной красавице и властном мужчине, который смог её завоевать.

Они видят в этом романтику.

Но я иду по проходу не к любви.

Я иду в клетку.

Только теперь мне больше не страшно.

Я иду осознанно.

Я принадлежу ему.

Его глаза не отрываются от меня, и в глубине их темноты вспыхивает удовлетворение. Он выиграл. Он получил меня полностью.

Я вижу, как он медленно протягивает руку.

Я кладу свою ладонь в его.

И в этот момент мир исчезает.

Все эти люди, их радость, их восторженные голоса – всё это превращается в нечто бесцветное, ненужное, несущественное.

Есть только он и я.

Тьма и тьма.

И я больше не хочу света.

КОНЕЦ КНИГИ

6.03.2025 г.