Я чувствовала, как сердце бешено колотится в груди, когда полицейский проводил меня через коридоры к кабинету следователя. Меня заставили сесть на жёсткий стул напротив большого дубового стола. В кабинете пахло пылью и старой бумагой. На столе лежала толстая папка, а рядом стояла чашка с недопитым кофе. Я нервно теребила подол своего платья, пытаясь справиться с нарастающей тревогой. Через несколько минут дверь открылась, и вошёл следователь. Его лицо было серьёзным, взгляд — острым и проницательным. Он сел за стол, положив перед собой папку, и посмотрел на меня.

— Алиса, — начал он, его голос был твёрдым и решительным. — Меня зовут Андрей Викторович. Я веду это дело.

- Ааа…

- Мой предшественник был переведен в другое отделение. Теперь я на его месте. Я в курсе дела.

Я кивнула, чувствуя, как внутри меня растёт напряжение. Андрей Викторович открыл папку и начал задавать вопросы.

— Алиса, вы утверждаете, что убили Шаха. Расскажите, как всё произошло.

Я сглотнула, собравшись с духом, и начала говорить, стараясь не упустить ни одной детали.

— Это было вечером, — начала я, чувствуя, как голос дрожит. — Шах пришёл ко мне в комнату. Он был пьян и агрессивен. Мы поссорились, и он начал угрожать мне. Он сказал, что если я не сделаю то, что он хочет, он уничтожит Марата и убьет Шамиля. Это сын Марата.

Я замолчала на мгновение, пытаясь собраться с мыслями. Андрей Викторович внимательно слушал, не перебивая.

— В какой-то момент он схватил меня за волосы и потащил к постели, — продолжила я. — Я пыталась сопротивляться, но он был слишком силён. Тогда я увидела нож на столе. Я схватила его и ударила Шаха.

— Сколько раз вы ударили его ножом? — спросил Андрей Викторович, записывая мои слова.

— Один раз, — ответила я, чувствуя, как слёзы текут по щекам. — Я ударила его в грудь. Он упал на пол, и я поняла, что он мёртв.

Следователь кивнул, продолжая записывать.

— Что было дальше? — спросил он.

— Я была в шоке, — призналась я. — Я не знала, что делать. Тогда я позвонила Марату. Он приехал через несколько минут. Я рассказала ему всё, и он решил взять вину на себя. Он сказал, что это единственный способ спасти меня и нашу семью. Андрей Викторович внимательно посмотрел на меня, его взгляд был проницательным и серьёзным.

— Почему вы решили признаться сейчас? — спросил он, отложив ручку.

— Потому что я не могу больше жить с этой ложью, — ответила я, чувствуя, как слёзы текут по щекам. — И потому что я люблю Марата. Он не должен страдать за то, чего не совершал.

Следователь кивнул, его лицо оставалось бесстрастным.

— Алиса, вы понимаете, что ваше признание повлечёт за собой серьёзные последствия? — спросил он.

— Да, понимаю, — ответила я, чувствуя, как внутри меня растёт решимость. — Но я готова нести ответственность за свои поступки.

Андрей Викторович снова взял ручку и продолжил записывать мои показания.

— Алиса, вы говорите, что ударили Шаха ножом один раз. Можете описать, что произошло после этого? — спросил он.

Я кивнула, собираясь с мыслями.

— Когда я ударила его, он вскрикнул и упал на пол. Я смотрела на него, не в силах поверить, что сделала это. В его глазах был страх и удивление. Я видела, как его жизнь угасает, — я остановилась, стараясь сдержать слёзы. — После этого я позвала Марата. Он приехал и нашёл меня в комнате рядом с телом Шаха. Марат обнял меня, пытаясь успокоить. Он сказал, что всё будет хорошо, и что он позаботится обо всём.

— Что Марат сделал дальше? — спросил следователь, его голос оставался спокойным.

— Он убрал нож и сказал мне уйти, — продолжила я. — Он сказал, что возьмёт вину на себя, чтобы защитить меня. А потом появился человек Шаха…Я просто знала, что он готов пожертвовать собой ради меня. Я…не думала, что все…что он будет приговорен к стольким годам. Он не виноват!

Андрей Викторович опять кивнул, его лицо оставалось бесстрастным, но в его глазах я видела проблеск сочувствия. Или мне показалось.

— Алиса, вы понимаете, что ваше признание должно быть подтверждено следствием? — сказал он, откладывая ручку.

— Да, понимаю, — ответила я, чувствуя, как внутри меня растёт тревога. — Я готова сотрудничать со следствием, чтобы доказать, что это я виновата.Следователь кивнул и встал, жестом приглашая меня подняться.

— Алиса, до выяснения всех обстоятельств вас берут под стражу, — сказал он. — Прошу вас следовать за мной.

Я кивнула, чувствуя, как сердце сжимается от страха и боли. Я понимала, что это неизбежно, но знание этого не делало мой путь легче. Мы вышли из кабинета, и я следовала за Андреем Викторовичем по коридорам СИЗО, чувствуя, как дрожь пронизывает все мое тело

Когда мы достигли камеры, он открыл дверь и жестом пригласил меня войти.

— Алиса, — сказал он, его голос был мягче, чем раньше. — Завтра здесь будет адвокат. Ваш адвокат и Марата Саидовича.

- Спасибо.

- Да уж…, - пробормотал он и закрыл дверь камеры.

Я осталась одна в холодной и безжизненной комнате.