- Сука…Мадина. Гадина. Жалко меня там нет. Ничего, ей придется уехать в Чечню когда имущество уйдет с молотка. И ей и Лейле. Обе уедут к своей тетке по отцу.

А потом…потом мы с ними поговорим, когда я выйду отсюда.

Когда утро начало пробиваться в окно, я почувствовала, как внутри меня растёт чувство тревоги. Я знала, что наше время вместе подходит к концу. Мы лежали рядом, держась за руки, сплетая пальцы и потираясь ладонями. Его огромная рука и моя внутри как будто кошачья белая лапка прислонилась к львиной. Я смотрела в его глаза, пытаясь запомнить каждую деталь, каждое мгновение.

- Поезжай отсюда и собери свои вещи. Тебе больше нечего делать там. Завтра Валид увезет тебя оттуда.

- Хорошо…, - покорно киваю и сжимаю его пальцы своими. – поцелуй меня пожалуйста.

Прошептала и тут же почувствовала как его рот накрыл мои губы.

Вскоре дверь снова открылась, и охранник вошёл, чтобы забрать меня. Я чувствовала, как моё сердце сжимается от боли. Мы встали, и я последний раз обняла Марата, впитывая его силу. Как будто она могла перелиться в меня, наполнить меня надеждой.

- Мы ведь будем вместе? – жалобно спросила я, не в силах сдерживать слезы, - Мне страшно оставаться без тебя.

- Я выйду отсюда, и мы будем вместе. Обещаю.

Я вышла из комнаты, чувствуя, как мир снова становится холодным и жестоким. Меня проводили через коридоры, и я чувствовала как слезы капают мне за воротник. Такой боли от расставания с ним я еще никогда не чувствовала, казалось от меня оторвали кусок мяса.

Когда я вернулась домой, я почувствовала, как внутри меня остаётся только пустота. В голове крутился образ Марата, его слова, его прикосновения.

Поздний вечер, дом погружен в тишину. Я сижу у окна своей комнаты, погруженная в мысли о Зулейхе и Марате. Сердце сжимается от боли, каждый уголок этого дома напоминает мне о потерях, о страданиях, которые мы пережили. Внезапно в дверь моей комнаты тихо стучат. Я вздрагиваю и медленно подхожу к двери.

Открываю её и вижу на пороге Мадину. Она нагло улыбается, её глаза сверкают презрением.

— Можно войти? — спрашивает она, но не дожидаясь ответа, проходит в комнату.

Я молча наблюдаю за ней. В её присутствии всегда чувствую холод и угрозу. Мадина обводит взглядом комнату и останавливается на мне.

— Ну что, Алиса, неплохо ты устроилась, — начинает она с язвительной улыбкой. — Живёшь в этом доме, пока все вокруг страдают.

Я сдерживаю желание ответить ей, что завтра меня здесь не будет.

- Жрешь, спишь как королева. Запудрила бабушке мозги, чтоб она позаботилась о тебе и о твоем недоабортыше!

Мадина всегда умела задеть за живое и меня передернуло от ее слов, как будто она вонзала в меня лезвия снова и снова.

— Ты танцуешь на костях Зулейхи и наслаждаешься страданиями Марата, — продолжает она, её голос полон яда.

— Что тебе нужно, Мадина? — спрашиваю я, стараясь сохранить спокойствие.

Она подходит ближе, её лицо становится серьёзным.

— Ты разрушила нашу семью, — говорит она, её голос звучит холодно как лед. — Из-за тебя всё имущество Марата будет продано за долги. Он останется ни с чем. Там, в тюрьме ему неизвестны масштабы катастрофы. Ни копейки…нищий. У него не будет денег даже заплатить чтоб ему дали сигарет или позвонить.

Я смотрю на неё, чувствуя, как сердце сжимается от боли. Мои глаза наполняются слезами, но я стараюсь не показать свою слабость.

— Ты думаешь, это всё? — продолжает Мадина, её глаза сверкают злостью. — Шамиля отдадут в психиатрическую клинику. Никто не хочет заботиться о нём. А ты ему никто. На семейном совете уже принято решение отвезти его в интернат.

- Вы не посмеете!

- А кто нас остановит. Мы ему родственники, а ты никто!

Её слова пронзают меня, как нож. Я чувствую, как мир вокруг меня рушится.

— Но у тебя есть шанс спасти Марата, — вдруг говорит Мадина, её голос становится мягче. — Тебе нужно только рассказать правду, кто на самом деле убил Шаха. Тогда Марат выйдет на свободу.

Я молча смотрю на неё. Я знаю, что должна сказать что-то, но слова застревают в горле.

— Если бы ты действительно любила Марата, — продолжает Мадина, её голос полон презрения, — ты бы никогда не подставила его так жестоко.

Я делаю шаг вперёд и указываю ей на дверь. Мадина смотрит на меня с яростью.

— Уходи, — говорю я тихо, но твёрдо.

Мадина в ярости кричит на меня:

— Ты ничтожество, Алиса! Ты никогда не знала, что такое настоящая любовь! Если бы ты любила Марата, ты бы никогда не допустила этого! Будь я на твоем месте я бы сделала все, чтобы спасти его и то, что ему дорого. Этот дом…все что в нем. Здесь выросла его мать!