Страх окутал меня, когда я увидела, как Марат пытается встать после мощного удара, но его ноги уже не держат его так уверенно, как в начале боя. Его противник, словно акула, чувствующая кровь, стал еще агрессивнее, каждым движением демонстрируя желание победить любой ценой. Убить, разорвать.

Я чувствовала, как моя душа кричит, хочет броситься на арену и остановить это безумие, но рука Валида, крепко державшая меня за плечо, не давала даже пошевелиться. Я была беспомощна, могла только смотреть, как Марат старается собраться с силами, но каждый новый удар его противника только усугублял положение.

Мое сердце, казалось, остановилось, когда Марат упал на колени. Я закрыла лицо руками, не в силах смотреть на это, но затем снова широко раскрыла глаза, ожидая, надеясь на чудо, на его возвращение в бой. Но вместо этого последовал еще один удар, и Марат рухнул на пол арены, оставив меня в оцепенении и ужасе от увиденного.

В тот момент, когда Марат упал, часть меня рухнула вместе с ним. Мир вокруг меня потемнел, и я почувствовала, как моё сердце сжалось от нестерпимой боли и бессилия. Страх за его жизнь заполнил каждую клеточку моего тела. Я хотела кричать, просить остановить этот кошмар, но слова застряли у меня в горле.

Инстинктивно я рванулась вперёд, стремясь преодолеть расстояние, отделяющее меня от ринга, от Марата. Каждая клетка моего тела стремилась к нему, желая поддержать, облегчить его боль. Но Валид, крепко державший меня за плечо, был непреклонен. Его сила удерживала меня на месте, и я бессильно пыталась освободиться, дергаясь в его руках как пойманная птица.

— Позвольте мне пойти! Ему больно! Он…он же умрет там один! — прошептала я, испытывая острую боль от осознания собственной беспомощности. Валид не сказал ни слова, только крепче сжал моё плечо, словно пытаясь передать мне часть своей силы и уверенности.

Страх окутал меня с новой силой. Мое сердце бешено колотилось в груди, когда я, словно в тумане пыталась метнуться к рингу. Каждая клетка моего тела кричала о том, что я должна быть рядом с Маратом, что я не могу оставаться в стороне, пока он страдает. Это чувство беззащитности, когда ты видишь боль близкого человека и не можешь ничего сделать, было невыносимым. Как и тогда…когда он висел на цепях в подвале…И вдруг я поняла…поняла, что произошло и почему Шах подходил к нам. Это он заставил Марата проиграть. Он заставил его сегодня прийти сюда и упасть на колени перед проклятым Али, который проигрывал изначально.

Мои руки дрожали, глаза наполнились слезами, но я едва их замечала, все мое существо было сосредоточена на одном — добраться до Марата. Мне казалось, что если я сейчас не окажусь рядом с ним, то могу потерять его навсегда. Но тут моя рука встретилась с крепким захватом Валида.

— Нельзя, Алиса. Это опасно, — его голос был строгим и решительным, но я едва его слышала сквозь шум в собственной голове.

— Пожалуйста, отпусти! Я должна быть с ним! — мои слова звучали как мольба, молитва, направленная не столько к Валиду, сколько к рингу, к Богу.

Однако Валид не поддался моим уговорам. Его сила и решимость были непоколебимы, как стена, которую я не могла преодолеть. Я боролась, пыталась вырваться, но он сжимал меня так сильно, что казалось у меня треснут кости.

И тут я увидела, как избитого Марата выносят с ринга. Этот момент был для меня как удар ножом. Я замерла, вскрикнула, и мои ноги подкосились. Валид, ощутив мою слабость, обнял меня за плечи, поддерживая.

— Всё будет в порядке, Алиса. Он сильный. Он справится, — прошептал он, но я едва слышала его слова.

Всё во мне стремилось к Марату, и я, используя момент, когда Валид немного ослабил хватку, вскочила на ноги и побежала за кулисы, куда унесли его. В этот момент страх за него затмил все остальное, и я была готова на всё, лишь бы быть рядом, поддержать его…Посмотреть в глаза, сказать, что я здесь.

За кулисами царила суматоха: медицинский персонал, организаторы, другие бойцы. Пробираясь сквозь толпу, я обнаружила Марата, лежащего на импровизированной кушетке. Его лицо было исцарапано, а из-под закрытых век проглядывали синяки. Он казался таким уязвимым и сломленным, что мое сердце сжалось от боли. Весь в гематомах, с заплывшими глазами, разорванными ранами на теле. Он тяжело дышал. Со свистом. С его рта текла струйка крови и тренер вытер ему ее салфеткой.

— Марат? — мои губы едва шепнули его имя. Он медленно открыл глаза, и в его взгляде я увидела смесь боли, усталости и… облегчения при виде меня.

— Алиса… — его голос был хриплым, еле слышным. — Ты не должна быть здесь…уходи.

Я опустилась на колени рядом с ним, бережно взяла его руку в свои. — Я здесь, Марат. Я с тобой, — прошептала…вспоминая как он выносил меня из подвала, как прижимал к себе и не бросил там.

Он слабо улыбнулся, но я заметила, как каждое его движение давалось ему с трудом. Мое сердце наполнилось желанием облегчить его страдания, помочь ему пережить этот момент.