Короткая первая фраза прокрутилась в голове и заставила вскинуть голову. Но вместо осуждения мои глаза столкнулись с несколькими парами других, с любопытством смотрящих в ответ. Девочки, на вид от пяти до двенадцати лет, столпились у порога.

– Здравствуйте, мисс Аттвуд, – поочередно проговорила каждая из них.

– Вы такая класивая, – сразу же прокричала самая маленькая. – Как плинцесса.

Это заставило меня улыбнуться и присесть. Девочка шагнула ближе.

– Как тебя зовут, милая?

– Клаудия. – Она улыбнулась в ответ беззубым ртом. – Мне нлавятся ваши носки.

Второй раз за последние десять минут я взглянула на свои ноги, но теперь на мне остались лишь разноцветные носки в горошек. Единственная деталь, разбавляющая мой сдержанный повседневный гардероб, которую я обычно тщательно скрывала. Но дети обладали удивительной способностью видеть суть вещей, поэтому я даже не удивилась, что именно Клаудии выпала честь стать первооткрывателем некоторых моих тайн.

– А мне нравится твоя прическа, – протянула руку и провела пальцами по ее неровной челке.

– Когда я выласту, то стану паликмахером, как мама. Плосто нужно еще немного потлениловаться. – Она смешно поморщилась, а я расхохоталась в ответ, вставая.

– Ты станешь отличным парикмахером! Так вы меня берете? – недоверчиво спросила, поворачиваясь к Марджори.

– Только чтобы избежать драки. Поверь, ты не захочешь, чтобы я дала сдачи. – Она сделала вид, что говорит это на полном серьезе, а я была благодарна за то, что инцидент с моей отвратительной истерикой не стали муссировать. – Каждый вторник с пяти до семи можешь проводить свои занятия в этом зале, никто не побеспокоит.

Итак, вторник – день, когда я стану выступать в клубе по вечерам, закончив с занятиями.

– Спасибо, – я говорила искренне, имея в виду все, что сегодня здесь произошло, наблюдая, как девочки покидают класс. – Я обещаю, что сделаю все возможное, чтобы их не разочаровать.

Я не сказала «вас», сомневаясь, что это обещание мне под силу.

Мардж пробормотала что-то, что я не расслышала, так что я решила, что самое время покинуть общественный центр. Спотыкаясь от наплыва эмоций, схватила свою сумку и уже достигла выхода, как услышала:

– Ты не заберешь свою обувь? – В голосе Мардж в одинаковой степени прозвучали удивление и веселость. Но обе мы понимали значение моего поступка. Мне не нужны были дорогие ботинки, чтобы заявить о себе, так же как ожидающий внизу «Кадиллак», от которого я вскоре планировала избавиться.

– Они мне никогда не нравились, – солгала, ухмыляясь в ответ и уже спускаясь по ступеням, когда звонкий старческий смех догнал меня, вселяя уверенность в том, что я поступаю правильно.

Ди: Какого хрена, Кей?

Тони: Пожалуйста, Ник, они предлагают отличные деньги. Всего один разворот и короткое интервью.

Ди: Когда ты собирался мне сказать?

Принцесса: ГДЕ МОЙ СЭНДВИЧ?????????????

Ди: Возьми чертову трубку!

Тони: Я отправил все предложения тебе на почту, перезвони!

Принцесса: ТЫ ПОКОЙНИК, КАЛЛАХАН!!!!

Принцесса: СОВЕТУЮ СПАТЬ С ОТКРЫТЫМИ ГЛАЗАМИ!!!!!!!!!!!!!!!

Тони: Кажется, у тебя проблемы…

Принцесса: Я ТЕБЯ НЕНАВИЖУ!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!

Карсон: Не забудь про ужин.

Мой телефон разрывался с самого утра, а я вчера лег слишком поздно, чтобы иметь дело с большим количеством звонков и сообщений. Поэтому выключил его и проспал до обеда, лишь бы пульсирующая боль в голове хоть немного ослабла.

Виной всему чертова Оливия и ее поздние возвращения. Нет, я не волновался, зная, что ее верный пес, который, кстати, мне ни хрена не нравился, доставит ее домой в целости и сохранности и даже доведет до самой двери. Я просто был взбешен тем, что мой план по сближению терпел фиаско с каждым новым днем, а значит, и возможность заполучить дом мамы ускользала.

Прошлым вечером так разозлился, когда она не пришла, что выбросил треклятый вонючий сэндвич в мусорное ведро, а затем туда же отправил и ужин, который зачем-то для нее приготовил, как какой-нибудь смазливый полудурок, ожидающий крохотной благодарности в виде улыбки. Мой мозг явно был не в порядке, поэтому я залил в себя половину бутылки виски, что подействовало разрушительно в сочетании с моими успокоительными.