– Сью! – Замерла, чувствуя себя немного выбитой из равновесия, но потом заверила себя, что просто ослышалась. – Надо же, вот это встреча! – Нет, не ослышалась, потому что присутствие человека, опустившегося на диванчик напротив, на котором только что сидела Стелла, стерло с моего лица последние признаки надежды.

Я подняла глаза на улыбающегося Дилана и, собрав все великодушие, которое смогла наскрести среди остатков своего самоуважения, процедила:

– Здесь занято.

– О, я видел Стеллу. На самом деле, если бы не ее смех, даже не заметил бы вас. Рад, что мы встретились.

Чего нельзя было сказать обо мне. Вперила в него взгляд, призывающий проваливать, но, похоже, Дилан не умел читать безмолвные сигналы.

– Ты не отвечала на мои звонки, – простодушно упрекнул он.

– Разве это не натолкнуло тебя на мысль, что я не хочу разговаривать?

Челюсть парня коротко сжалась.

– Послушай, Сью, я звонил тебе, чтобы извиниться…

– Ты уже сделал это однажды, – перебила я. – К чему повторяться?

– Я поговорил с отцом, и мы поругались. Магазин теперь приносит больше прибыли, и я вернул отцу долг, так что он больше не может указывать мне что делать.

– И это должно меня заинтересовать, потому что?.. – усмехнулась.

– Мы можем снова попробовать. Ты вернешься в магазин, к своей мечте. Знаю, ты до сих пор этого хочешь. Знаю, что работа на того парня не приносит тебе столько счастья, сколько дарил цветочный бизнес…

– Издеваешься? – не выдержала я. – Ты фактически предал мое доверие, а теперь пытаешься провернуть какое-то очередное дерьмо, достойное бродвейского мюзикла. Ты и понятия не имеешь, чего я хочу от жизни, а если бы имел, не поступил бы так со мной.

Дилан вцепился рукой в часы на запястье и покрутил их, как делал всегда, чтобы успокоить расшатавшиеся нервы.

– Да, мне нет оправдания. Но хочу все исправить. Ты привносила душу в это место, а теперь оно пустое. Готов поспорить, то же самое чувствуешь ты, отдалившись от того, чем всегда грезила заниматься. И, если быть до конца честным, я скучаю по нам, Сью…

Тут я уже рассмеялась в полную силу.

– Нет никаких нас. Пожалуйста, избавь себя от еще большей неловкости, потому что весь этот разговор сейчас крайне неуместен.

– Ты стала какой-то другой, – Дилан прищурился, изучая мое лицо, слегка наклонив голову. Мне было все равно, что он там увидел.

– Потому что у нее есть парень, идиот, – вставила появившаяся Стелла. Тот лишь на секунду задержался на ней взглядом, вернувшись к моим глазам.

– Это правда? – спросил он.

– Не твое дело, – ответила за меня подруга. – А теперь проваливай! Это мое место.

Она не церемонилась, отпихивая вставшего Дилана в сторону. Парень выглядел потерянным и жалким, переминаясь возле нашего столика. Если бы мы снимались в комедийном сериале, звукорежиссер непременно добавил бы в эту сцену звуки сверчков. Но комедия была не для нас, вместо этого мы стали героями сюрреалистичного спектакля, похожего на те, что слушала мачеха Майкла на своем радиоприемнике.

– Увидимся, Сью! – зачем-то сказал Дилан, уходя. Стелла издала звук, как будто останавливала лошадь, и одарила его тяжелым вздохом.

– В твоих мечтах.

Он не ответил, просто исчез за массивными дверями кафе, а затем, будто нарочно, прошел мимо окна, у которого мы сидели, поймав мой взгляд на долю секунды.

– Тебя даже на минуту нельзя оставить, – проворчала подруга. – Чего он тут вынюхивал?

– Понятия не имею, – безразлично ответила я.

– Послушай, Сьюзи, – она внезапно сменила тон с пренебрежительно-саркастичного на покровительственный, но мягкий. – Чего бы он ни хотел, не вздумай давать ему шанс. Он придурок, каких поискать, а ты – на вес золота. И тот парень со свадьбы делает тебя по-настоящему счастливой, я вижу.

Когда речь зашла о Майке, мой гнев сменился чем-то обволакивающе-теплым, подобно его объятиям, делающим меня целой.

– Видишь! – продолжила Стелла. – Об этом я и говорю. Ты улыбаешься так, будто уже по уши влюблена в него, Сьюзи.

Я приложила руки к губам, но, даже если бы это помогло скрыть улику от Стеллы, глубоко внутри знала, что влюблена в Майкла с тех самых пор, как разглядела в нем свет, способный согреть меня целиком и вылечить израненное острыми материнскими шипами сердце. И я также знала, что как только покину кафе, новая реальность встретит меня ласковой улыбкой и миллионом возможностей, которые хотела бы воплотить в жизнь вместе с ним.

– Не подсматривай! – я усмехнулся, поправляя повязку на глазах Сью. Та проворчала под нос, как ненавидит сюрпризы, но разве могло что-нибудь в мире сравниться с ее недовольным лицом, меняющимся сотнями оттенков радости.