Ой, даже не заметила, как все это время стояла тесно прижатой к внедорожнику Райана. Щеки вспыхнули еще сильней, и я отступила на шаг, вжимаясь в тело Майкла. Тот помедлил немного, после чего неохотно отодвинулся и подошел к багажнику, вернувшись уже с моим чемоданом и подарком для его мачехи.

– Вы двое, не забудьте про завтрашнюю вечеринку! – крикнул Райан, отъезжая. Скотт показал в окно два больших пальца, выглядя разочарованным тем, что предыдущая сцена прервалась.

– Это мне? – я обернулась к Майклу, скептически изучающему растение в своих руках.

– Привезла его для миссис Андерс.

Улыбка сползла с лица парня.

– Миссис Андерс была моя мать. Ребекка не заслужила того, чтобы так ее называть, – он зашагал в сторону дома, прилегающего к гаражу, указывая путь. – Идем!

– Стой! – я бросилась следом, но врезалась в гору мышц, когда Майкл замер по моей команде. – Ай!

– Ты не должна кричать «стой», если сама несешься как ураган, – он поставил вещи на землю и потер мой ушибленный кончик носа пальцами. – В чем дело, милая?

– Ты не мог бы дать мне время, чтобы собраться с мыслями?

Тот сузил глаза, заключив мое лицо в ладони. Должно быть, выражение на нем говорило само за себя.

– Эй, все в порядке. Мы можем вообще не идти.

– Нет уж! Я проделала весь этот путь не для того, чтобы сдрейфить. Просто дай мне минутку!

– Столько, сколько потребуется.

Раньше мне никогда не приходилось знакомиться с родителями парня, и это вызывало серьезные опасения по поводу их неодобрения.

Майкл погладил мои щеки большими пальцами. Этот простой жест и уверенность в его глазах послужили импульсом, отбросившим страхи за пределы Брейдвуда. Я глубоко вздохнула.

– Думаю, я готова встретиться с твоей семьей, – мой голос не дрогнул. Губы парня на мгновение прижались к моему лбу, а потом он молча кивнул в сторону двери, и мы продолжили путь к дому.

Вопреки сжатым рассказам Майкла, его семья оказалась совсем не такой, как я представляла. А приветствие даже сбило меня с толку своим теплом. Либо я плохо разбираюсь в людях, либо парень изрядно приукрасил свою неприязнь к родственникам.

Крис Андерс казался наиприятнейшим человеком, как и его жена Ребекка, которая попросила называть ее исключительно по имени, полагаю, для того, чтобы не уменьшать значимость предыдущей миссис Андерс. Несмотря на все попытки Ребекки быть дружелюбной, Майкл с порога наблюдал за ней, как стервятник, сухо перекидываясь фразами лишь по необходимости, пока не удалился куда-то с отцом.

– Цветок бесподобен, дорогая! Как он называется?

– Я рада, что вам нравится. Это гацания, она совсем неприхотлива, и вы сможете высадить ее в клумбу весной, если захотите.

– Еще как захочу! Ты обязательно должна рассказать мне, как правильно за ней ухаживать. Было бы неловко, если бы бедное растение умерло по моей вине, – Ребекка кружила по дому в своем наряде а-ля «домохозяйка с рекламы домашней выпечки». В просторной кухне клубились ароматы ванили и шоколада, а по радио играли хиты восьмидесятых.

– Думал, тебе не привыкать, – донеслось со стороны двери. Мы обе обернулись. Улыбка слетела с лица Ребекки так же быстро, как и появилась. Лицо Майкла, напротив, осталось неизменно холодным. Да что не так с его симпатиями?

– С удовольствием расскажу все про уход за растениями, если понадобится, – попыталась я разрядить скопившееся напряжение.

– Спасибо, Сьюзан, – взгляд женщины потеплел, прежде чем она обошла нас, покидая кухню.

– Какого черта с тобой творится? – вспыхнула я, когда парень облокотился на столешницу в полушаге от меня. – Чем она тебе насолила?

– Возможно, тем, что разрушила отношения моих родителей и не гнушалась трахаться с отцом, пока мама умирала от рака в спальне наверху, – яд в его голосе будто капал черными каплями в пространство между нами, образовывая огромную лужу на кафельном полу.

– Не знаю что сказать. Твоя версия, конечно, звучит ужасно. Но вы не пробовали поговорить? Уверена, всему этому нашлось бы достойное объяснение.

Майкл тяжело вздохнул, поворачиваясь ко мне лицом. Я видела бурю в его глазах, но в то же время знала, что его злость не имела ко мне отношения.

– Твоя вера в людей достойна оваций, милая, – он невесело улыбнулся, проводя большим пальцем по моей щеке, как делал всегда с момента нашей первой встречи. Будто это каким-то образом его успокаивало.

– Она не кажется мне злой мачехой, а ты не очень-то похож на Золушку. Называй это интуицией или наивностью, но мне нравится Ребекка. Пожалуйста, отключи свою злость хотя бы на время, – подняла глаза и смущенно добавила: – Ради меня.

Взгляд Майкла полыхнул медовым цветом. Он притянул меня к себе за талию, уголки его губ приподнялись.

– Наши отношения едва начались, а ты уже мной манипулируешь?

Какой смысл отрицать. Я пожала плечом, одновременно с этим моргая из-под ресниц.