– Абсолютно ничего, мисс Уилсон. Так, о чем Вы хотели поговорить?

– Например, о том, что новый владелец этой галереи – редкостная задница!

Нэйт прыснул коротким смехом, пробуждая во мне очередную волну дикого раздражения.

– Раз уж речь зашла о задницах, то Ваша, мисс Уилсон, вне всяких сравнений.

– Нэйт, хватит! Прекрати выводить меня из себя! Ты купил эту галерею только чтобы насолить Тони!

– Почему «только»? По-моему, это весьма весомая причина.

– Ты долбаный псих! – мои глаза презрительно сузились. – Самый настоящий ублюдок.

– Ты заставляешь меня быть таким, – его лицо вмиг стало строгим, а ясные голубые глаза затянулись мраком.

– Оставь его в покое. Оставь в покое нас! Да сколько можно?! Чего ты добиваешься?

– Тебя. Я хочу тебя, Тэя. И сделаю для этого все, что угодно.

Я резко замолчала, встретившись с ним взглядом. Он проникал под одежду. Буквально проедал ее. Я вздрогнула, ощутив себя абсолютно голой и незащищенной.

– Хорошо, – твердо сказала я, сжимая губы в узкую полоску.

Натаниэль выпрямился в кресле, ожидая продолжения моих слов, но вместо этого я плавно сбросила с себя пиджак. Я уронила его на пол, превращая материал в бесформенную кучу складок.

– Что ты делаешь? – угловатые брови Нэйта вздернулись, но сам он не шелохнулся, продолжая наблюдать за моими дальнейшими действиями.

– Ты сказал, что хочешь меня, – я ужасно волновалась. Ладони вспотели. Пальцы тряслись. Вдоль позвоночника скользнула капля пота. Но, стараясь скрыть внутреннюю панику, я приступила к пуговицам на полупрозрачной блузке. – Бери, – я расстегивала их одну за другой и, не отрываясь, смотрела ему в глаза. Они горели. Прожигали меня насквозь. И я отчаянно надеялась, что у меня хватит сил справиться с тем, что я затеяла.

Тонкая ткань блузки медленно скатилась с плеч вдоль рук и упала на скомканный пиджак. На мне остался ажурный белый бюстгальтер, через который просвечивались соски. Господи, как же я нервничала. И мысленно молилась, чтобы Нэйт не заметил, как дрожит мое тело.

Я полностью отдавала отчет своим действиям. Я знала, что играю с огнем. Но теперь мне было ради кого рисковать и оставаться неприступной. Я знала, что теперь мне хватит сил противостоять гипнозу Фостера.

Я завела руки за спину и потянулась к замку́ на юбке. Внезапно Нэйт вскочил с места и рванул ко мне, сокращая расстояние между нами за считанные шаги. Он схватил меня за руку и вывел ее из-за спины, тем самым останавливая мое обнажение. Я уверенно смотрела в его затуманенные глаза и осознавала, какую все-таки власть имела над ним.

– Почему ты помешал мне? – мой голос звучал ровно, но знал бы Нэйт, как бешено колотилось мое сердце. Оно было готово выпрыгнуть из груди в любую секунду. – Ты ведь сказал, что хочешь меня. Вот я, перед тобой. Бери.

– Я знаю, что я сказал, – прошипел он, вонзаясь в меня взглядом.

– Только имей в виду, в этот раз процесс не доставит мне никакого удовольствия.

Казалось, дрожали даже мои губы, когда я произносила эти слова, но Нэйт воспринял их всерьез. Воспринял, как вызов. Его дыхание обжигало лицо. Кожа источала жар. Я видела, как он хочет меня. Чувствовала, как желание с каждой секундой овладевает его телом и разумом.

Я не шевелила даже пальцами ног, зная, что, если он почует взаимность, мне уже не спастись. Я догадывалась, что скоро последует проверка моих слов на подлинность, и она не заставила себя долго ждать. Нэйт впился пальцами мне в плечи и накинулся на мои губы, проталкивая язык в рот.

Я затряслась. Колени подкосились, но я должна была выстоять. Должна была держать взаперти эмоции, которые бушевали во мне. Должна была не выдать себя. Не поддаться. Оставаться стойкой до конца. Как камень. Пока сама горела изнутри.

Я не ответила на поцелуй. И даже не прикоснулась к Нэйту кончиками пальцев, которые невыносимо кололи от желания дотронуться до его груди. Стоны моего сердца отдавались грохотом в ушах. Оно изнывало от нахлынувших эмоций. Оно чувствовало возвращение единственного господина и стремилось к его ногам. Как верный питомец, который после долгой разлуки все равно будет лизать хозяину морду, даже если тот неоднократно отшвырнул его. Стоило только поманить, и мое сердце снова признало Нэйта.

Натаниэль отстранился так же резко, как и набросился на меня. Его глаза продолжали полыхать, только теперь в них бурлила смесь страсти, похоти и беспомощной злости. Он понял, что я не шутила.

– Надеюсь, после этого ты исчезнешь из моей жизни навсегда, – у меня едва получалось контролировать тембр голоса.

Я видела, как он вспыхнул. Я забила фразу ему в грудь, как осиновый кол.