– Мы выясним у Джоша детали контракта и отзовем киллера, – уверяет меня Данте. – Мне плевать, даже если придется вырвать у него все гребаные ногти и зубы.

– Сомневаюсь, что до этого дойдет, – замечаю я. – Он то еще ссыкло.

– Это не займет много времени, – говорит Кэл. – Можешь начинать собирать вещи домой.

Мое сердце на секунду замирает.

Я бросаю быстрый взгляд на Рейлана, чтобы увидеть выражение его лица. Оно кажется неподвижным, но челюстной мускул слегка подрагивает.

Я почти забыла о том, что мне предстоит вернуться в Чикаго, как только мы выясним, кто, черт возьми, пытается меня убить. Едва Кэл и Данте доберутся до Джоша, они выудят у него все детали заказа и отзовут киллера. Джинн просто наемник и не таит на меня никакой личной обиды.

Мысль о том, чтобы сбросить с себя этот груз, безусловно, привлекательна. Я хочу снова иметь возможность ходить куда мне хочется и делать что мне нравится, не беспокоясь о том, что передо мной выскочит какой-нибудь монстр.

Но, с другой стороны… не сказать, что я в восторге от мысли о том, что придется покинуть ранчо. На самом деле мне искренне нравится быть здесь.

Но Кэл все еще ждет моего ответа, так что я облизываю пересохшие губы и говорю:

– Да, жду не дождусь, когда смогу вернуться. Скучаю по вам, ребята.

– Дам знать, как только мы со всем разберемся, – говорит Кэл.

Он отключается не попрощавшись, словно в кино. Аида всегда дразнит его по этому поводу: «Слишком занятой и деловой, чтобы потратить полсекунды, мистер олдермен?»

Мне все равно, я тоже не отличаюсь терпением и не обращаю внимания на мелкие формальности.

Меня больше тревожит странное напряжение между мной и Рейланом. Все началось с нашего разногласия по поводу Джоша, а теперь оно словно расширилось и заполнило все пространство кухни.

– Уверен, что Данте и Кэллам со всем разберутся, – говорит Рейлан так, словно хочет меня успокоить.

– Я знаю, – отвечаю я.

Вряд ли это то, что волнует сейчас кого-то из нас, но с этого проще начать.

Рейлан колеблется. Его голубые глаза изучают мое лицо, словно он, как обычно, пытается прочесть мои мысли, но на этот раз у него ничего не выходит.

– Ты правда хочешь вернуться? – спрашивает он.

– Ну… я должна, – говорю я. – Я и так уже пропустила много работы. А когда Джош уйдет… я знаю, это звучит глупо, учитывая, что он оказался коварным засранцем, но на нем действительно было много обязанностей, и теперь кто-то должен взять их на себя. Не говоря уже о том, что совершенно ясно, кто теперь получит партнерство.

– Поздравляю, – угрюмо говорит Рейлан.

У меня в груди что-то сжимается. Я ведь должна быть счастлива – я наконец-то получу то, к чему шла все эти годы. Мое имя будет на двери и на фирменном бланке. Я стану не рядовым сотрудником компании, а партнером. В глазах моего отца я стану равной моему дяде. И я могу только представить, как дядя Оран сожмет меня в своих крепких, пахнущих дымом от сигар объятиях и скажет скрипучим голосом: «Молодец, девочка».

Я хочу этого так же сильно, как и всегда, но еще я хочу не видеть боли в глазах Рейлана.

– Ты же вернешься со мной, правда? – спрашиваю я.

Он тихонько выдыхает.

– Ну… телохранитель ведь тебе больше не понадобится? Это хорошо, – торопливо добавляет он.

– Верно, – говорю я. Это так. И все же эта мысль меня не радует.

И это глупо. Не думала же я в самом деле, что Рейлан будет сопровождать меня всюду до конца моих дней?

Смысл был в том, чтобы выяснить, кто нанял киллера, и вернуться к нормальной жизни.

С этим покончено. Или почти покончено.

– К тому же, – тихо добавляет Рейлан, – я не планирую больше выходить на задания. Во всяком случае, в обозримом будущем. Должно быть, ты заметила, что моя мама сломала ногу – все заживает прекрасно, но она сломает ее снова, если продолжит так же много трудиться. Я слишком долго позволял ей, Грейди и Бо управлять этим местом в одиночку. Пришло время мне определиться, хочу ли я быть частью этого ранчо или нет. С моей стороны нечестно позволять им делать всю работу, а самому являться когда захочу.

– Значит… ты хочешь быть фермером? – спрашиваю я.

– Я всегда им был, – говорит он. – Просто ненадолго отвлекся на другое. Но я не хочу, чтобы это место поделили и продали. Это мой дом.

Если бы Рейлан сказал мне это до того, как я побывала в этом месте, я бы решила, что он бредит. Кто захочет жить в Теннеси, после того как повидал мир?

Но теперь я вижу своими глазами, как красива «Березовая гавань», какой бесконечной она кажется. Я вижу, как привязан Рейлан к своей семье, к животным, к людям вокруг. Его не было несколько лет, но, когда он вернулся, казалось, этих лет как ни бывало. Настолько сильна его связь с этим местом – ее не могут разрушить ни время, ни расстояние.