Аид набросился на Минотавра. Они отлетели назад, ударяясь об одну стену за другой. Когда они наконец приземлились, вокруг были руины, и Аид откатился как можно дальше от чудовища.

Но Минотавр тоже сразу вскочил на ноги. Может, у него и не было магии, но он был быстрым и как будто черпал энергию из неиссякающего источника. Он заревел, зафыркал и снова атаковал, на этот раз опустив голову и направив вперед рога. Аид скрестил руки на груди, создав поле энергии, которое вновь отбросило чудище далеко назад.

Рухнув на пол, Минотавр тут же поднялся и на этот раз издал оглушительный рык, полный ярости. Он бросил топор, что с громким шумом перерезал воздух. В тот же миг он накинулся на Аида, уже подготовившегося к атаке. Как только чудовище влетело в него, Аид собрал всю свою магию и вонзил вытянувшиеся когти в шею Минотавра. Кровь окропила его лицо. Монстр взревел, но продолжил бежать, врезаясь в каждую стену лабиринта. От ударов спиной позвоночник Аида каждый раз пронизывала острая боль. Но он лишь стиснул зубы, продолжая снова и снова вонзать когти в шею Минотавра.

Аид заметил, когда чудовище начало терять свою энергию. Минотавр замедлился, его дыхание стало тяжелым, он хрипел от крови, что капала из его носа и рта. Когда Аид уже готов был его отпустить, Минотавр споткнулся, и они вместе рухнули в очередную яму. Она быстро сужалась, и Аид ударялся о стены, подобно мячу, лишенный возможности дышать. Они оба крутились и переворачивались, пока наконец не вылетели из туннеля в огромный зал. Минотавр упал первым, потом Аид – ударившись о стену, что не поддалась, и бог понял, что теперь их окружал не бетон и не камень.

«Это адамант», – понял Аид.

Адамант был материалом, из которого в античности изготавливали оружие. Это был единственный металл, которым можно было сковать богов.

Аид быстро вскочил на ноги, готовый продолжить борьбу с Минотавром, но чудовище так и не поднялось.

Монстр был мертв.

Глаза Аида подстроились под новую темноту. Здесь она была как будто еще гуще. Возможно, дело было в том, насколько глубоко под землей они оказались, а может, и в самом адаманте. В любом случае, это помещение было простым – маленький квадрат с песчаным полом. На первый взгляд, насколько мог сказать Аид, выхода отсюда не было, но ему придется осмотреться. На данный момент все его внимание было сосредоточено на присутствии Персефоны. Здесь оно чувствовалось сильнее, словно ее сердце билось в стенах этой камеры. А потом он увидел его – мерцание одного из камней с ее кольца.

Если ее кольцо было здесь, то где была она сама? Что сделал Тесей?

Стоило лишь Аиду шагнуть к кольцу, как раздался еле слышный механический звук, и с потолка упала сеть. Аид с громким треском рухнул на пол под ее тяжестью. Он пытался призвать свою магию, но его тело лишь билось в конвульсиях – сеть его парализовала.

Никогда прежде бог не чувствовал себя таким беспомощным, и это ощущение приводило его в ярость.

Аид извивался и сыпал проклятиями, но все безуспешно. Наконец он застыл – не потому, что не хотел бороться, а потому, что слишком устал, чтобы двигаться. Он на мгновение закрыл глаза. Когда он снова открыл их, у него появилось ощущение, что он заснул. Ему потребовалось некоторое время, чтобы привыкнуть к темноте. Лежа под сетью, едва дыша, он заметил слабое мерцание света недалеко от себя.

Кольцо Персефоны.

Бог потянулся к нему, но сеть не давала ему двинуть рукой. На лбу у Аида проступил пот, его тело теряло силу. Он снова закрыл глаза. Песок с пола покрыл его губы и язык, пока он пытался восстановить дыхание.

– Персефона, – прошептал он ее имя.

Его жена, его царица.

Аид думал о том, как ослепительно она выглядела в своем белом платье, когда шла к нему по проходу между рядами в окружении душ и богов, что так ее полюбили. Он вспоминал, как ее улыбка заставляла его сердце биться все чаще, как ее ярко-зеленые глаза светились от счастья и его грудь наполнялась гордостью. Перед глазами у него пронеслось все то, через что они прошли и за что боролись – их клятвы спалить все миры и любить друг друга вечно, – а теперь он лежал здесь, вдали от нее, не зная, что с ней.

Бог стиснул зубы, и свежая волна гнева хлынула по его венам. Он распахнул глаза и опять потянулся к кольцу. На этот раз, хоть его рука и дрожала, он сумел схватить пригоршню песка и, пропустив его сквозь пальцы, увидел кольцо, инкрустированное камнями.

Тяжело дыша, содрогаясь всем телом, Аид поднес кольцо к губам, бережно сжал в ладони и опустил к сердцу, а потом снова погрузился во тьму.

Персефона вошла в темную пещеру, и остальные последовали за ней. Тесей держал Сивиллу за предплечье – в напоминание, что, если Персефона снова все испортит, ее подруга ответит за последствия.