В половине второго ночи в дом к Аделаиде Каллиген постучали.

Это было третьего сентября: днём ещё стояла запоздалая августовская жара, зато ночью дул холодный, пронизывающий ветер. Аделаида уже давно спала, когда стук стал отчаянным, а потом послышался испуганный голос:

– Миссис Каллиген! Прошу, откройте! Пожалуйста! Господи. Господи, умоляю! Миссис Каллиген!

Девушка у дома Аделаиды задёргала дверную ручку, но та не поддалась. Тогда незнакомка всхлипнула и потянула дверь на себя, снова и снова. Вдали был слышен шум подъезжающей машины.

Нервно облизнув разбитую губу, беглянка выпрямилась и развернулась к старому дому спиной, всматриваясь в темноту. Фонарей на земле резервации не было: девушка напрягла зрение, чтобы понять, в какую сторону побежать – к дому примыкал лес, как вдруг её запястья коснулась чья-то рука.

Незнакомка подскочила на месте и резко развернулась. Перед собой она увидела полусонную, хмурую хозяйку здешних земель.

Аделаида Каллиген запахнула на груди расшитый прозрачным бисером и индейскими узорами платок. Он покрывал её полные руки пёстрыми крыльями. Она окинула незнакомку строгим взором и спросила:

– Что тебе здесь нужно?

– П-пожалуйста, – задохнулась та. – Миссис Каллиген, умоляю! Впустите меня, пожалуйста. Они меня догонят, они меня ищут! Я от… от… ох, святая Матрона… – она прижала ладонь ко лбу и добавила, будто что-то мучительно вспомнив: – Я Селия, младшая сестра Химены. Может, вам знакомо это имя?

Аделаида молча отошла в сторону и пропустила Селию в дом. Она зорко вгляделась в темноту, прежде чем запереть дверь изнутри на щеколду и, с мгновение подумав, – на задвижку. Селия с сомнением смотрела на Аделаиду, словно ожидала, что дверь вот-вот вынесут те, кто был снаружи, или старуха всё же вытолкает её на улицу, но не случилось ни того, ни другого.

– Отойди-ка от окна, – сказала Аделаида. – Не мельтеши.

Селия всё ещё плохо видела в темноте. Перед глазами плыло от быстрого бега. К тому же у неё была разбита голова и она совсем не ориентировалась в комнате, так что сразу споткнулась обо что-то и по шипению поняла, что это, кажется, была кошка.

– Мистер Мяукерс, – сердито шикнула Аделаида и ногой отпихнула кота в сторону, – кыш на кровать!

Она взяла Селию под локоть и усадила в кресло, устроилась на стуле напротив и сложила сухие старческие руки на коленях, оправив длинную ночную рубашку:

– А теперь рассказывай, что стряслось с Хименой.

Селия испуганно подняла на неё влажные карие глаза. Аделаида заметила синяк на её виске.

– Почему вы решили, что с ней что-то случилось?

– Иначе явилась бы ты сюда среди ночи за помощью? Сомневаюсь, – мрачно сказала Аделаида и пригладила седую косу. – Я слишком долго живу на этом свете, девочка моя, и неплохо изучила людей. Уверена, ты впуталась во что-то нехорошее. Вернее, ты или Химена. Но прежде… Дай-ка мне телефон. Вот он, возле твоей руки, на столике.

Селия молча передала Аделаиде недорогой сенсорный смартфон. Та со знанием дела смахнула экран заставки и подняла на неё глаза. Морщин под ними было больше, чем сучков и зарубок на половицах.

– Что? – вскинула она брови. – Не смотри на меня так. Я с удовольствием общаюсь в «Фейсбуке»^[11] с подругами из соседнего штата и состою в онлайн-клубе вязальщиц. Я знаю, как обращаться с этой штуковиной.

Селия шмыгнула носом и вытерла его тыльной стороной ладони. На коже осталась кровь. Аделаида заметила это, но ничего не сказала. Хмурясь, она набрала чей-то номер телефона и приложила к уху смартфон.

– Кому это вы? – прошептала Селия.

– Внуку. – Аделаида помолчала, но не дождалась ответа. – Ох, Вик. Наверняка спит без задних ног. Вроде бы он сегодня не в смене… ладно, попробую ещё немного погодя.

Её прервал грубый стук в дверь. Колотил мужской кулак: это было ясно сразу же, хотя тот, кто так хотел попасть внутрь, хранил молчание. Аделаида воздела указательный палец, призвав Селию к тишине. Женщины затаились.

Затем этот кто-то, что был снаружи, пнул дверь, и пыль с деревянной выступающей обналички посыпалась на пол.

Аделаида грузно опустилась на колени и поддела непослушными старческими пальцами одну из половиц. А затем – вторую. Поднатужилась. Подняла доски, подметая косой пол.

Под ним оказалась пустота, в которой Селия могла бы легко уместиться. Девушка со страхом замотала головой, всеми силами давая понять, что туда не полезет. Во всяком случае, одна.

В дверь снова яростно застучали. Бам, бам, бам! – грохотал кулак. Потом дверь снова пнули, и ненадёжная щеколда вылетела из паза. Осталась лишь задвижка, но и её можно было легко сорвать.