Хант шумно сглотнул. Никогда еще он не чувствовал себя таким маленьким и ничтожным. Даже находясь перед астериями, он помнил, что является сильным и опытным воином и в случае чего готов дать им последний бой. Но перед этой женщиной… Он видел это в глазах королевы, ощущал у себя в крови: одна ее мысль – и приливная волна океанской магии сметет его с лица Мидгарда.
Сендес, продолжавшая стоять у двери, откашлялась и дрожащим голосом произнесла:
– Позвольте представить Ханта Аталара, Баксиана Аргоса и Тариона Кетоса.
– Наши гости с Вальбары, – произнесла Океанская Королева.
Сказано было вполне мягко, однако в ее словах ощущался шквалистый ветер. Хант напрягся всем телом.
И пока над невидимым морем бушевал невидимый шторм, Ханту показалось, что королева стала выше ростом. Нет, не показалось. Она действительно росла, став выше Сендес и почти сравнявшись с ним.
Ее сила хлестала, как вода из пробоины в корабле, наполняя зал и утаскивая их жалкие души в самую сердцевину водоворота, где даже не вздохнуть. Океанская Королева переместила внимание на Тариона.
– Целый ворох бед ты принес к моему порогу, – с нескрываемой угрозой сказала она, отчего даже Хант ощутил дрожь в коленях.
Рунн пытался и не мог понять услышанное. Получается, у Лидии есть… дети?
– Госпожа Сервос! – раздался женский голос у них за спиной.
Лидия не обернулась, продолжая смотреть на своих детей.
Но Рунн повернулся и увидел смуглую полную русалку с добрым лицом.
– Меня зовут Кагани. Я директор здешней школы.
Пальцы Лидии скользнули по оконному стеклу, сжавшись в кулак.
– Я могу с ними встретиться? – совсем тихо спросила она.
Чувствовалось, она сломлена.
– Это было бы нежелательно. – Кагани тихо вздохнула. – Прерывать урок, вызывать мальчиков из класса. И потом, коридор – не самое подходящее место для встречи. Здесь слишком много посторонних глаз.
Лидия наконец повернулась к директрисе.
– Я хочу встретиться со своими детьми, – уже громче сказала она, сверкнув зубами.
При виде ее лица у Рунна закружилась голова. Гнев, боль, материнская напористость – все сплелось воедино.
– Знаю, что хотите, – с нерушимым спокойствием ответила Кагани. – Но лучше, если мы после занятий поговорим в моем кабинете. Он в двух шагах отсюда.
Лань не шевельнулась.
– Лидия, подумайте о том, что будет наилучшим вариантом для них, – убеждала ее директор. – Я понимаю ваши чувства. Очень хорошо понимаю, поскольку сама мать. И если бы я… – Она сглотнула. – В вашем положении я бы тоже требовала немедленной встречи с детьми. Но я не только женщина, способная понять материнские чувства. Я – преподавательница и защитница интересов этих детей. Пожалуйста, поставьте интересы двойняшек на первое место. Так, как вы это делали ежедневно в течение пятнадцати лет.
Рунн не помнил, чтобы Лидия смотрела на кого-то с такой открытостью, как сейчас. Она не пыталась спорить с директрисой. Обернувшись, она снова взглянула в классное окно. Блондин стоял возле парты и во все глаза таращился на Лидию. Темноволосый поглядывал с осторожностью, продолжая сидеть.
Так много в их облике напоминало о Лидии. Не окажись ее рядом, вряд ли кто-то увидел бы сходство, но сейчас родство проявлялось более чем заметно.
– Хорошо, – прошептала Лидия, убрав руку со стекла. – Хорошо.
Кагани облегченно вздохнула.
– Почему бы вам не привести себя в порядок? – предложила она. – Занятия начались совсем недавно и продлятся еще часов пять. Не торопитесь. Примите душ. Наверное, и поесть не помешает. И обязательно покажитесь своей медведьме, – добавила она, кивнув на следы от вырванных внутривенных игл, которые успели наполовину затянуться.
– Хорошо, – в третий раз сказала Лидия и отошла.
На Рунна и Флинна она даже не взглянула, словно их не существовало.
– Я свяжусь с приемными родителями Бренна и Актеона, – мягким тоном добавила директриса. – Узнаю, смогут ли и они присутствовать при встрече.
Лидия молча кивнула, продолжая идти.
Рунн взглянул на Флинна. Тот поднял брови. Рунн в знак молчаливого согласия сделал то же самое.
Лидия качнулась на ходу. Рунн инстинктивно бросился к ней, но не успел. Потеряв сознание, Лидия рухнула на пол.
Тарион никогда не встречал кого-либо, подобного Океанской Королеве. Она пугала и притягивала к себе. Никогда ему не хотелось одновременно плакать, смеяться и кричать… Особенно кричать, ибо королева обрушила на него всю лавину своего недовольства.
– Тарион Кетос. – Она произнесла его имя и фамилию так, словно они оставили дурной привкус во рту. – Как получилось, что не одна, а сразу две королевы требуют твоей головы?
Тарион поморщился и пустил в ход весь арсенал своего обаяния, которое было его наилучшим оружием и средством защиты.