Через пять минут Брайс достала из ящика отцовского письменного стола свой мобильник. Тот разрядился вконец. Поиски хоть какого-нибудь зарядного устройства результатов не дали. Пришлось засунуть мобильник за пояс легинсов и вновь взять в руки Звездный меч и Правдорубец.

Призматическое устройство стояло там, где Король Осени его оставил. Луч солнца падал на призму, преломлялся и радужным сиянием освещал одну из золотых планет отцовского планетария. Этой планетой был Мидгард. Расщепленный свет. По сути, раздетый догола.

В хаосе сражения с Весперус и в последующие дни плена у Короля Осени Брайс никак не могла разобраться, что за магию она почерпнула из хранилища Силены.

По ее мнению, эту магию Силена оставила грядущим наследникам. Но почему им, а не своему сыну, которому рассказала всю правду? Брайс понимала: ответа на этот вопрос она уже не получит. Зато можно попытаться что-то узнать о силе, которая теперь находилась у нее внутри.

Сделав резкий вдох, Брайс призвала свою магию. На выдохе она направила поток звездного света в призму. Она чувствовала, что ее магия обрела не только дополнительную силу, но и дополнительную скорость.

Звездный свет ударил в призму и…

Брайс удивленно хмыкнула.

Из призмы вышло нечто, даже отдаленно не напоминающее радугу.

Вскоре Брайс догадалась: из призмы выходил градиентный луч звездного света. Если радуга имела семь ярких цветов, этот луч начинался с ослепительно-белого и постепенно превращался в тень.

Образно говоря, это была антирадуга. Свет, падающий в темноту и поглощаемый ею. Так оно и было. Капельки звездного света дождем сыпались вниз и исчезали в темноте.

Чем-то это напоминало время, когда ослабевший дневной свет поглощается сумерками.

Как понимать увиденное? Брайс ничуть не сомневалась, что прежде ее свет был чистым, однако теперь, когда к нему примешалась магия Силены… появилась тьма, прячущаяся внизу.

«Везде я, даже на Аваллене».

Изменилась ли ее сила? Изменилась ли она сама? Как быть с появившимся слоем темноты?

Эти вопросы Брайс затолкала поглубже. О них она подумает позже. А сейчас…

Увидев отцовскую записную книжку, она запихала трофей в карман спортивной куртки.

Потом чуть сдвинула в сторону призму на столе, направив на такое же устройство в другом конце кабинета. Король Осени утверждал, что свет, выходящий оттуда, делается сильнее. А если направить потоки света в обе призмы, чтобы лучи, выходящие из них, встретились посередине? Что произойдет при столкновении двух потоков магии?

Столкновение двух потоков света, несущих частички магии, произведет энергию. Послужит ей «зарядным устройством». Брайс на это надеялась.

– Есть лишь один способ проверить, – пробормотала она.

Вознеся молитву Ктоне, она направила двойные лучи света в каждую призму, сделав так, чтобы те попали с внешней стороны.

Пройдя сквозь призмы, лучи вырвались наружу. Одна пара устремилась навстречу другой. Слои света падали в темноту. Магическая сила Брайс обнажалась до своей элементальной основы. Произошло столкновение обеих пар, где свет и тьма, тьма и свет ударились друг в друга.

Брайс вошла в самое сердце столкновения.

Вошла в сгустки силы, порожденные ее магией.

Столкнувшиеся потоки осветили ее изнутри. Свет запульсировал в крови. Волосы Брайс встали дыбом и заметались над головой. Все, что лежало на столе: ручки, листы бумаги и прочее, – поднялось в воздух.

Мощный свет и такая же мощная тьма. Место их столкновения бурлило силой. Теперь Брайс понимала, как тьма придает форму свету.

Сила, рожденная в результате их столкновения, – это и была «подзарядка», необходимая Брайс для телепортации.

Хотя томящийся в заточении Король Осени и не мог ее видеть, Брайс показала ему средний палец и после этого прощального жеста покинула виллу, телепортировавшись в самое притягательное место.

Домой… в какой бы точке Мидгарда ни находился ее дом.

С некоторых пор понятие «домой» включало в себя не только точку с пространственными координатами, но еще и ее истинную пару.

Силена утверждала то же самое, рассказывая про Тейю и Аидаса: их души нашли друг друга во Вселенной, поскольку они были истинной парой. Каждый был другому домом.

А для Брайс таким домом был и всегда будет Хант.

* * *

Усталость все-таки доконала Рунна: навалилась так, что даже саднящая шея не могла заставить его шевельнуться и поискать более удобное положение на стуле. Аппаратура неумолчно попискивала и стрекотала, словно металлические сверчки отмечали прохождение времени.

Соображалось туго. Кажется, Деклан сменил Флинна. Потом Дек ушел, и Флинн снова появился.