Брайс открыла поток своей магии. Одна мысль – и волосы распределились вокруг головы, удерживаемые в воздухе ее собственной магией, которую усилила магия из хранилища Силены. Она выставила руку со Зведным мечом. С лезвия истекал свет.

Весперус попятилась, шипя на сверкающий меч.

– По всему этому миру мы сокрыли карманы нашей магической силы на случай, если вши вроде вас создадут… сложности. Как видно, наша предусмотрительность была не напрасной.

– Таких мест нет, – холодно возразил Азриель.

– Так уж и нет? – широко улыбнулась Весперус, показывая неестественно белые зубы. – А вы заглядывали в недра каждой священной горы? Искали у подножий? Магия притягивает все виды существ. Я даже сейчас их ощущаю, как они снуют и кормятся магией. Моей магией. Они такие же вши, как вы.

Брайс намеренно не бросала взглядов на Несту, крадущуюся вдоль саркофага. Ранее Неста говорила, что Мидденгардский червь поглотил ее силу. Не таких ли существ имела в виду Весперус?

Важнее было другое: оставалась ли Неста ослабленной магически? Или ее сила восстановилась?

Брайс плотнее обхватила эфес Звездного меча. Его сила ударяла в нее, и ритм напоминал удары сердца.

– А зачем хранить свою силу здесь? Это же остров. Не самое удобное место.

– Тебе, девчонка, не мешало бы знать, что одни места лучше приспособлены для хранения магической силы, нежели другие. Места, где завеса между мирами тонка и где магия обитает естественным образом. В таких местах наш свет процветает. Его поддерживает восстанавливающая магия земли. – Весперус обвела рукой пространство. – Этот остров – «тонкое место», о чем свидетельствуют туманы вокруг него.

Брайс отвлекала внимание на себя, выигрывая время для Несты, неотступно подбиравшейся к Весперус.

– У нас на Мидгарде ничего подобного нет.

А на самом деле? Взять тот же Костяной Квартал, окруженный непроницаемыми туманами и содержащий запасы второсвета.

– В каждом мире есть хотя бы одно «тонкое место», – поучала Весперус. – И всегда есть те, кто более пригоден для нахождения в таких местах, чтобы с помощью силы этих мест путешествовать в другие миры.

Брайс вдруг вспомнила, что и Северный Разлом тоже окружен туманами. Разлом между мирами, «тонкое место». И берег реки, где она появилась в этом мире… и там ее встретил туман.

– Тейя имела дар, – продолжала Весперус, – но не умела востребовать свет. Я ее обучала, но никогда не рассказывала, как при желании она могла бы осветить целые миры. Для этого требовалось влить в себя дополнительную силу извне. Но ты, Похитительница Света… должно быть, она передала тебе этот дар. И похоже, ты сумела узнать то, чего не удалось ей.

Весперус посмотрела на свои босые ноги.

– Тейя так и не смогла добраться до магической силы, которую я собрала под дворцом. Хранилище осталось нетронутым. Ее потеря – моя находка.

Боги милосердные! Да здесь на глубине была жила первосвета, а значит…

Весперус улыбнулась:

– Вам надо было меня убить, когда я только вылезала из саркофага.

Из-под ног астерийки вырвался свет, устремившись в ее тело. Ослепительная вспышка. А потом…

Весперус открыла рот. Казалось, сейчас с ее красных губ сорвется торжествующий крик. Но оттуда не вырвалось ни звука – только черная кровь.

Брайс слышала хруст. Видела фонтан черных брызг. И серебристое острие, торчащее из светящейся груди Весперус.

Первосвет, струящийся из тела астерийки, сжался и исчез.

Меч Несты пронзил Весперус насквозь.

Итан не заслуживал права существовать. Даже дышать он был не вправе.

И тем не менее он сидел на заднем сиденье машины, а машина приближалась к причалам Ионии. Оставалось лишь уповать на благосклонность богов и надеяться, что Лань не предала его друзей и что лодка действительно ждет, готовая доставить их на подводный корабль, а тот довезет их до Пангеры.

«Ты уничтожил соплеменницу. Убийца». Эти мысли эхом отдавались у него во всем теле, особенно в костях.

Итан убил единственную волчицу, способную повести волков Вальбары к иному будущему и положить конец тирании Сабины.

И не важно, что убийство не было преднамеренным. Его когтистый кулак застрял у нее в горле. А потом, вытаскивая кулак, он оборвал все шейные жилы и обезглавил ее.

То, что он сделал, не объяснишь словами. Ни о каком прощении не может быть и речи. Пусть он сделал это ради спасения друзей. И все равно он был ничем не лучше Лани.

В окошке машины Итан поймал свое отражение и торопливо отвернулся.

* * *

Атараксия убил Мидденгардского червя. Однако ничто не указывало, что этот меч способен убивать астериев. До сих пор такое не удавалось никому, кроме Аполлиона.

– Отойди подальше, – предупредила Несту Брайс.