– Хела с два я открою проход, – фыркнула Брайс. Вокруг нее заклубились обломки. – Вы убили ту, что могла бы дать мне необходимые сведения.

– Ты ищешь способа убивать дагланов? Я только что убила эту тварь, – напомнила Неста. – Тебе этого ответа мало?

– Мало. После ее гибели вопросов у меня только прибавилось.

Брайс открыла доступ магической силе двух видов: звезды на груди и Рога на спине.

– Ты не посмеешь, – с убийственным спокойствием предупредил Азриель.

Но Брайс уже направила часть силы. Она знала, куда бить. Так действовала Силена, покрывая рисунками камни. Так действовал Азриель, когда направлял на ее звезду свою силу.

Свет врезался в камень и шипел. Возле ног Азриеля появилась борозда.

После добавления магии Силены в силе Брайс что-то изменилось… Да. И сейчас ей это пригодится.

– Я не расскажу им о вашем мире, – холодно сказала Брайс, не переставая удивляться лазеру, который создала из чистой магии.

Отчасти это пугало ее саму. Ведь сила, появившаяся у нее, была до жути похожа на силу Ригелуса, которую он обрушил на Брайс перед ее прыжком через портал Вечного Дворца.

– Клянусь жизнью моей истинной пары. Даже если Ригелус… – Брайс тряхнула головой. – Я ни слова не скажу об этом месте.

Азриель решился переступить одной ногой через борозду в полу:

– Они вытащат из тебя все, что им нужно. Такие, как я, как они… мы всегда добываем нужные сведения.

Его взгляд помрачнел, суля Брайс нескончаемые пытки.

– До этого не дойдет, – ответила Брайс и направила силу своей звезды в кварцевый саркофаг.

Такими же были ворота, через которые она попала сюда.

Саркофаг засветился и вдруг исчез… На его месте чернела яма.

– Одумайся, – сказал Азриель.

Теперь он смотрел на руки Брайс, сжимавшие Звездный меч и Правдорубец. В светло-карих глазах крылатого воина появилась паника.

Качая головой, Брайс попятилась к дыре, проделанной ею в мире. Во Вселенной. Оставалось лишь молить Урду и надеяться, что портал выведет ее на Мидгард.

Она выдержала взгляд Несты. Глаза воительницы пылали гневным серебристым огнем.

– Ты такое же чудовище, как они, – упрекнула ее Неста.

Брайс это знала. Всегда.

– Любовь с тобой и не такое сделает.

На нее, словно приливная волна, хлынуло серебристое пламя, но Брайс уже прыгнула в яму, успев засунуть в ножны меч и кинжал. Голову обдало нестерпимым холодом, а спину…

Свет от серебристого пламени Несты померк. Ворота над Брайс закрылись. Вокруг была кромешная тьма, а она все глубже и глубже погружалась в яму.

Она возвращалась домой.

С тех пор как Ригелус, сопровождаемый Поллуксом и Ястребом, убрался из камеры, прошло уже несколько часов, а интуиция Ханта по-прежнему молчала. Он так и не мог разгадать логику палачей и не знал, кого из его друзей они убьют первым. Разум склонялся к тому, что Баксиана, однако Поллукс вполне мог оборвать жизнь Рунна, зная, как губительно это отразится на Брайс. Если Брайс вообще вернется обратно, чтобы узнать об этом.

Хант то терял сознание, то выныривал обратно. Последний раз его вытолкнуло знакомое чувство тяжести на спине. Точнее, нарастающей тяжести. Взглянув на Баксиана, он понял, в чем дело: невзирая на горсианские кандалы, их крылья росли с невероятной скоростью. Кто-то что-то вколол им с Баксианом, чтобы подтолкнуть исцеление, хотя это не предвещало ничего хорошего.

Может, палачи решили, что постоянный зуд от растущих крыльев будет мучить узников не меньше ударов плеткой и пыток огнем? Стиснув зубы, Хант дернулся и выгнул спину, словно это могло ослабить проклятый зуд. Он сейчас отдал бы что угодно за возможность всего один раз почесать спину…

«Орион!» – прозвучал у него в голове голос Аидаса.

В голове или в пространстве камеры? На полу, среди крови и нечистот, сидел кот с пронзительно-синими глазами. Такой же облик несколько месяцев назад принял Ригелус, чтобы обмануть Ханта.

– Аидас… или Ригелус? – прохрипел Хант.

Аидасу хватило сообразительности догадаться: Ханту требовалось подтверждение. И принц-демон сказал:

– Госпожа Куинлан впервые встретилась со мной, когда ей было тринадцать. Это произошло в парке за Храмом Оракула, на скамейке. Я тогда спросил ее, чем она ослепила Оракула.

Значит, перед ним был настоящий Аидас, а не иллюзия астериев.

– Брайс, – простонал Хант.

– Я ее ищу, – сказал Аидас.

Хант мог поклясться, что вид у кота весьма печальный.

– Зачем Ригелусу понадобилась моя молния?

Аидас взмахнул хвостом:

– Так вот почему он так усердствует, чтобы тебя сломить.