– Объясню один раз, и больше мы не будем к этому возвращаться, – жестко говорит Леон. – Мой отец разорился, потому что был недостаточно умен. Он проиграл на скачках абсолютно все, что имел, и в том числе родовое поместье. Как ты уже знаешь, виконтство – это земельный титул. И без владения землей он не более чем пустой пшик в воздухе. Мое поместье сейчас находится в чужих руках, именно поэтому я предпочитаю быть просто Леоном Гамильтоном. Без приставок и прочего дерьма.

– Но ник у тебя – Колчестер.

– У меня нет фантазии.

– Ладно, – разводит руками Зои. – Буду называть тебя папочкой.

– Прости?

– Папочкой, – повторяет она. – Ты любишь заботиться о нижних и расчесываешь мне волосы перед сном. Ты не господин, ты самый настоящий папочка.

– Странно, – хмыкает он. – Обычно я против такого… Но когда это произносишь ты, звучит непривычно приятно. Тебе действительно хочется обращаться ко мне так?

– Из оставшихся двух опций подходит только «сэр». Но это не слишком круто звучит.

– Договорились. Теперь расскажи мне, какую заботу ты предпочитаешь после сессий.

– А это тоже я должна сказать?

– Не помню, чтобы заявлял себя как телепат, – иронизирует Леон. – Как мне узнать, если ты не скажешь?

– Я… не знаю.

– Что это значит?

– Мои предыдущие партнеры не перебирали много вариантов, чтобы это выяснить, – недовольно произносит Зои. – Если честно, даже не знаю, что я предпочитаю. В какой-то момент они просто давали мне воды и оставляли одну.

– Помогало?

– Со временем я приходила в себя, – пожимает плечами она. – Это считается?

– Дай мне потом их имена, – просит Леон. – Я должен знать.

– Что ты собираешься с ними делать?

– Это мое дело.

Зои не удерживается и закатывает глаза: что он теперь, убьет их? В памяти всплывает тот вечер, когда она изучала парней из Манчестера, связывая как раз Леона и синдикат, на который работает Арчер. По спине пробегает холодок.

Они с Леоном встречаются взглядами в отражении от панорамного окна.

– Так-так, – строго произносит он. – Это ты сейчас что, закатила глаза?

От стального тона все внутри сжимается, заставляя невольно сглотнуть. Зои молчит, но Леон слегка тянет волосы на себя, напоминая, кто в комнате доминант.

– Отвечай.

– Не удержалась, прости. – В горле пересыхает. – Ты звучал как настоящий мафиози.

– Ты помнишь пункт в контракте о том, что не имеешь права разглашать информацию, полученную от меня в процессе общения?

– Да.

– Так вот, – наклоняется к ее уху Леон, не разрывая их странного зрительного контакта, – я не мафиози, если вопрос стоит так. Но поверь, людям, которые не знают, как вести себя с нижней, не место в сообществе. У нас и без них полно больных ублюдков.

– То есть ты понимаешь, что эти – не худшие?

– О нет. Мне никогда не нравились садисты, но о них хотя бы сразу все известно. Любая нижняя, соглашаясь на отношения с ними, понимает, что это повлечет за собой. Но вот такая псевдонормальность вредит куда больше. Нельзя бросать нижнюю, если она не пришла в себя настолько, чтобы четко и ясно об этом попросить. У нас есть ответственность за вас – и это часть сделки.

– А ложь – тоже часть сделки? – не удерживается Зои.

– О чем ты?

– О твоем утверждении по поводу мафиози.

Она задирает голову и, собрав всю храбрость, выдерживает пристальный взгляд сверху вниз.

– Ты ведь с Дэвидом Арчером в одном преступном синдикате.

Леон должен понять: она действительно хорошо знает свою работу. Именно поэтому нет смысла ее обманывать, так ведь? Зои не составляет труда выяснить о нем и больше, просто хотелось бы услышать все из первых уст.

– С чего ты взяла, милая?

Его акцент меняется, и даже проходит несколько секунд, прежде чем Зои понимает сказанное. Взгляд Леона мгновенно становится чужим.

Тупое решение, тупое решение! Зои осознает, что брать слова назад поздно: она только что самоуверенной походкой зашла в клетку со львом и нагло ткнула ему в морду палкой.

Он же ее не убьет? У них же конфиденциальные разговоры, да?

– Я…

Слова застревают в горле.

Черт, что с ней? Почему воздух как будто начинает давить ей на грудь? Дышать становится невозможно, и мир быстро сужается до двух злых глаз, не отпускающих Зои ни на миг.

– Мне нужен ответ на вопрос, Зои.

Пальцы в ее волосах сжимаются до боли.

– Я узнала случайно, – пытается объяснить она. – Искала Арчера, а наткнулась на…

Он же не убьет ее? Черт, с виду такой благородный бизнесмен… А он же действительно может ее убрать.

Жизненный урок номер сто двадцать пять: Зои нужно научиться держать язык за зубами. На досуге. Если сейчас не умрет.

– Продолжай, – командует Леон.

– Английские бандиты в одном из тредов в даркнете устроили вечер воспоминаний, посвященный вам. Из-за смерти Тома Гибсона.

– Что ты знаешь?

– Вы угоняли машины в Манчестере и ни разу не попались. Потом прекратили, но у вас с Арчером одна… крыша? Не уверена, как это называется. Тебя назвали американской частью синдиката.