Она была черной. Сбросив меня на постель, как чертов мешок, он сделал шаг назад и щелкнул выключателем. Мягкие лампы над кроватью осветили меня, но не Эрика, и в полутьме его фигура казалась еще более массивной. Явно больше шести футов…^[7]

– На тебе слишком много одежды, – спокойно произнес он. – Если хочешь ее сохранить, раздевайся сама.

Я опустила взгляд на свитер и офисные брюки, и вспомнила, что не планировала ни с кем трахаться. Под одеждой были старые, самые уютные на свете трусы, и слава богу, что совсем не было лифчика.

– Сейчас, – согласилась я.

Свитер поддался дрожащим пальцам вместе с топом под ним, но больше я ничего не успела – тихо прорычав, словно сам был доберманом, Эрик сорвался и помог мне стащить рукава, а после одной рукой прижал меня к кровати, а второй резко расстегнул на мне брюки.

– Я сама! – рванулась я, но он был сильнее.

– Слишком. Медленно.

К черту. Я могла бы снять брюки вместе со страшными трусами, но Эрик выбрал смотреть на них. Впрочем, его это не слишком заботило: он практически содрал с меня оставшуюся одежду, и, кажется, я слышала треск расходящейся по швам ткани.

Звериный взгляд обжигал. Эрик задержался, чтобы осмотреть меня, раздетую и едва ли не распятую на кровати, а внутри все сжалось. Я была его жертвой. Той, кого он собирался поглотить, как хищник, которым стал в момент, когда я начала дразнить его.

– Моя, – выдохнул он и переместился, разводя мои руки в разные стороны.

Откуда-то сбоку кровати он вытащил ремни, которыми привязал меня, и потом сделал то же самое с моими ногами. От невозможности пошевелиться и коснуться я едва не взвыла, но заткнулась на полустоне, напоровшись на короткий яростный взгляд.

– Ты хотела этого? – оскалился Эрик. – Или нежного, ванильного, медленного секса?

– Именно этого.

– Хорошо, – наклонился к моему уху он. – Потому что другого у меня нет.

Его зубы больно сжали мочку, а от горячего дыхания тело заныло только больше. Эрик превращал в пытку прелюдию, которая мне и не требовалась, потому что я намокла, еще пока он нес меня сюда.

Эрик покрывал мое тело поцелуями, больше похожими на укусы, и я извивалась под ним, пока возбуждение прокатывалось по мне волнами, а голод по хорошему сексу, оживший пару минут назад, сжигал изнутри. Бедром я чувствовала, как член под тканью спортивных штанов увеличивался, становился все тверже.

Мне казалось, что Эрик скоро перестанет меня мучить, но ему словно нравилось ждать, пока я не начну умолять. Затуманенный мозг уже подкидывал эту идею раз пять в надежде на пощаду, но что-то маленькое и упрямое в моей душе отказывалось просить… И что бы я сказала? «Трахни меня»? Даже в голове это звучало слишком пошло.

– Эрик… – вырвалось у меня.

В ту же секунду он прикусил мой затвердевший сосок, и боль, смешавшись с удовольствием в фантастическом коктейле, отправила мое сознание в открытый космос. Два пальца вломились в меня без приглашения, превратив имя на губах в тянущийся стон.

– Да, кроха? – самодовольно улыбнулся Эрик, подняв голову. – Что-то не так?

– Больше! – потребовала я.

– Ты не в том положении, чтобы отдавать приказы, – медленно, растягивая слова, произнес он.

Эрик неторопливо приблизился к моему лицу, движения его пальцев во мне превратились в дразнящие, а большой палец легко лег на клитор. Я часто задышала, пытаясь справиться с перевозбуждением, но это не помогало.

Влажный язык широко прошелся по моей шее, вверх, потом по щеке…

– Неужели ты еще не поняла, – прошептал Эрик мне на ухо, будто кто-то мог нас подслушать, – что ты теперь в моей власти.

– А ты сам не хочешь уже меня трахнуть? – хрипло ответила я.

Давление на мой клитор стало сильнее.

– В отличие от некоторых несдержанных девочек, мне знакомо слово «терпение».

Я скосила взгляд вниз, пытаясь увидеть руку, ласкавшую меня, но Эрик, схватив за подбородок, заставил посмотреть ему в глаза.

– Я обещал тебе, что ты не будешь в порядке?

– Да.

– Мы только начали.

Поцелуй, такой же голодный, как и тогда, рядом с моим домом, обрушился на меня, и от перегруза ощущений я едва не отключилась. А мы ведь и правда только начали. Что это было с ним? Нет, что это было со мной?

Мускусный запах, горящая от укусов кожа, агрессивные поцелуи, где его язык захватывал мой рот, словно это было поле сражения, и невозможность даже впиться ногтями в его огромные татуированные плечи сводили меня с ума.

Эрик был зверем, самым настоящим хищником, который, заполучив добычу, играл с ней, доводя до изнеможения. Ему не нужно было ломать мою волю – я готова была сдаться в ту секунду, когда впервые почувствовала хватку на шее.

Он отстранился, и внезапная пустота во рту оказалась невыносимой. Рванувшись навстречу, я натянула ремни, но тут же упала обратно на постель.

– Однажды ты поймешь, – сместился вниз Эрик, – что сопротивляться бесполезно.