Глубоко вздохнув, я встаю, беру свой рюкзак и не оглядываясь выхожу из кабинета. Конечно, это была обязательная консультация, но, к счастью, администрация ограничилась только одной.

Внезапно мой телефон издает сигнал, и на экране появляется уведомление о новом электронном письме от отдела финансовой помощи. Ознакомившись с содержимым письма, я начинаю нервничать, и мой желудок сжимается. В письме говорится, что мне нужно как можно скорее прийти в их офис.

Спустившись на этаж ниже, я брожу по коридору, пока не обнаруживаю офис с прозрачными стеклянными перегородками, который выглядит слишком официально и безлико. Секретарша регистрирует мои данные и жестом предлагает мне присесть на стул у стены. Она просит меня подождать менеджера, с которым я никогда не встречалась, и поэтому у меня нет ясного представления о том, чего ожидать.

И вот из офиса торопливо выходит деловая женщина с седыми, как сталь, волосами, собранными в пучок на затылке. На ней классический деловой костюм – темный кардиган, надетый поверх сливового платья, и сапоги. Жестом она предлагает мне следовать за ней, и мы проходим в небольшой кабинет, где на полу установлен обогреватель, направленный на ее кресло.

Женщина тепло улыбается мне и предлагает присесть в кресло напротив.

– Итак, Аспен, уже позади почти половина первого семестра, но сегодня мне сообщили, что финансирование вашего обучения на второй семестр было отозвано, – хмурится она. – Это очень необычно, но я думаю, нам не о чем беспокоиться. Просто скажите мне, как вы планируете оплачивать учебу.

– Что значит – отозвано? – в шоке спрашиваю я. – А мой… Вам звонил мой отчим?

– Да, с нами связывался мистер О’Брайен, – подтверждает женщина с сочувствием на лице. – Он пытался подать заявление на ваше отчисление из университета дистанционно, но эти вопросы не входят в нашу компетенцию. И, к сожалению, на данном этапе мы не можем существенно повлиять на финансирование.

Меня охватывает тревога, и, ощущая, как к горлу подступает тошнота, я сглатываю горький привкус желчи. Это было вполне предсказуемо, однако Стивен действовал значительно быстрее, чем я ожидала. Более того, этот засранец даже не потрудился мне позвонить.

– Есть ли у меня какие-то варианты? – спрашиваю я, слегка кашлянув.

Женщина протягивает мне буклет с логотипом университета Краун-Пойнт. Вероятно, это рекламные буклеты, которые университет выдает своим будущим студентам. Открыв проспект, я начинаю листать страницы. Внутри я нахожу руководство по подаче заявления на получение финансовой помощи, список полезных советов по составлению бюджета и другие материалы.

– Вам стоит подумать о том, чтобы подать заявку на получение финансовой помощи на следующий семестр. Она может быть предоставлена в виде грантов или займов. Но обратите внимание, что решение о распределении средств будет приниматься летом. Также рекомендую вам подать заявку повторно и в следующем семестре, чтобы успеть получить финансирование на последний год обучения. – Она протягивает мне коробку с салфетками. – Ничего страшного, если вы чувствуете себя расстроенной.

– Я не расстроена, – медленно произношу я, глядя на салфетку, торчащую сверху. – Я в бешенстве.

– Ой… – Женщина откидывается на спинку стула.

– Это не из-за вас, – говорю я, вставая. – Когда мне нужно заплатить?

– До начала следующего семестра. Я могу рассмотреть ваше заявление о продлении и предоставить вам время до конца января.

– Я свяжусь с вами, – говорю я, перекидывая сумку через плечо и направляясь к выходу.

Как только я выхожу из этого холодного и унылого офиса, то сразу же направляюсь к лифту. Мое посещение кабинета финансовой помощи выпало на время занятий, поэтому в коридорах пока безлюдно. Лифт приходит абсолютно пустым, и я молча захожу внутрь, но как только двери закрываются, из меня вырывается крик, который я сдерживала несколько часов. Этот крик эхом разносится по небольшому пространству, отражаясь от стен, но я чувствую облегчение от того, что смогла дать выход своей ярости.

Я кричу до хрипоты, пока мое горло не начинает гореть, а когда лифт останавливается, мне становится трудно дышать, но я не обращаю на это внимания.

Стил решил испортить мне жизнь с того момента, как я сказала ему, что передаю информацию его отцу. А его отец предупредил меня, что моя учеба будет оплачиваться до тех пор, пока я буду ему полезна. Означает ли это, что я больше не заслуживаю его доверия?

Меня охватывает дрожь, когда я думаю о том, как все это не вовремя. Сначала веб-сайт, затем утечка моего адреса, а теперь еще и это. Стил только усложнял каждую проблему, с которой я сталкивалась, но последняя новость переполнила чашу моего терпения. Мысли о том, чтобы уступить О’Брайену, вызывают у меня головную боль, потому что я не могу позволить Стилу победить.

Тренер быстро проходит за мной в свой кабинет и закрывает за собой дверь. Окно, выходящее в коридор, не спрячет от посторонних глаз нашу встречу, но хотя бы не позволит случайным прохожим подслушать наш разговор.