Я сжимаю руку в кулак, и теперь магия Слейда откликается на мой призыв. Скопившаяся гниль вырывается из земли, взмывая вверх яростным потоком, от которого трескается земля.

Она поднимается извилистыми корнями – прочными, зловещими и высокими.

Вдох. А потом она обрушивается на стражников и отбрасывает их в стороны.

Я удивляю их своим внезапным порывом, и потому самый большой корень врезается в Калла. Внезапно появление магической силы сына застало его врасплох. Он отлетает в сторону.

– Аурен! – кричит Вик.

Пора уходить.

Здоровой рукой я хватаю Элору. Мы бежим к кольцу фейри, где уже собрались Вик, Эмони и Лудогар. Похоже, у Вика сломано плечо. Эмони прижимает к себе руку, а Лудогару приходится ползти к кольцу, потому что у него сломана нога. Мои же кости мучительно ноют, и я едва дышу, но справляюсь.

Чудо, что никто из стражников не добрался до Бреннара. Никто не отрезал нам единственный путь к отступлению.

Отравленные корни за моей спиной продолжают расти, нависая над землей и утолщаясь, подобно терновнику. А потом я слышу, как корни начинают хрустеть. Ломаться.

– Бегом!

Мы все разом влезаем в круг, прижавшись друг к другу. Я стою на цыпочках, прижимая к себе Элору, Вик рядом со мной истекает кровью и тяжело дышит. Эмони поддерживает Лудогара, чтобы он не упал.

И мы исчезаем.

Мир комкается, как бумага, разлетается, увлекая нас за собой. Меня переполняет неверие, а удивление медленно сменяется радостью. Мы выбрались. Мы сбежали.

Однако, когда мы переносимся с помощью магии Бреннара, внутри все сжимается от гадливого ощущения. Не знаю, почему я так ненавижу круг фейри, не знаю, почему испытываю к нему такое отвращение, но это так. На коже выступает холодный пот, и я хочу выбраться.

Мы приземляемся. Все разглаживается.

Я сжимаю руку Элоры и чувствую, как по щекам от облегчения текут слезы.

– Получилось! Все в порядке, мы…

Перед глазами появляется место, куда мы попали, и я тут же понимаю, как сильно ошиблась. Не получилось.

На самом деле ничего не получилось.

Кольцо фейри, в котором мы стоим, располагается у входа в замок.

Белое здание, украшенное камнем и витражами, возвышается над нами. Оно переливается в лучах заходящего солнца. Мы оказались у парадного входа, откуда из огромных дверей ведет короткая широкая лестница, словно язык, который только что выплюнул нас во внутренний двор.

А вокруг не меньше сотни Каменных Мечей.

У меня стынет кровь в жилах. Сердце замирает. Потому что все жители Ореи, которые, как я думала, избежали опасности, стоят тут на коленях, на их лицах ужас, а к шеям приставлены кинжалы.

Перед ними стоит король. Он весь в сером, на нем королевская мантия, подбитая мехом. У него темно-серая кожа и суровое выражение лица, а на голове серая корона с острыми зубцами, высеченными из камня.

Король Кэррик.

От тревоги в ушах стучит кровь, отдаваясь в ногах, и я начинаю дрожать.

– Что происходит? – шепчу я, лихорадочно оглядываясь и пытаясь понять. – Где мы?

– Мы в Лидии, но должны быть не тут, – с недоумением говорит Вик. – Мы должны…

Круг фейри внезапно выталкивает нас.

Мы впятером вылетаем из него. Вик едва успевает удержать Лудогара. Эмони спотыкается, но у нее получается устоять. Она прижимается ко мне, а Элора так крепко стискивает мою руку, что на коже остаются следы ее ногтей.

Как только мы оказываемся за пределами круга, слышится яростный вой ветра. Трава и цветы колышутся в круге, но я не чувствую ветра. Едва успеваю оглянуться и вижу, как люди начинают появляться в кольце, а потом…

Скрежет, скрежет, скрежет.

От мучительной боли в руке и ребрах у меня подкашиваются колени. В ушах так громко звенит, что я даже не понимаю, что кричат и остальные. Я нахожу в себе силы оглянуться: Эмони, Вик и Лудогар лежат на земле, испытывая ту же ломающую кости агонию, что и я.

Их боль убивает меня. Наводняет паникой.

Элора приседает, бледными руками обхватив мои щеки. У нее на лице исступление и ужас. И мне хочется плакать оттого, что даже в такой жуткий миг мать Слейда пытается меня утешить.

Разрушитель возвышается над нами, смотря так, будто мы грызуны, угодившие в ловушку. Но я смотрю не на него. Я смотрю на Бреннара. Как и Вик, который стоит рядом со мной.

– Какого хрена ты натворил?! – охрипшим голосом кричит на него Вик. – Какого хрена?

Пожилой фейри отводит взгляд в сторону. Его щеки покрыты сероватыми пятнами.

Нас предали. Предали.

Бреннар открыл кольцо фейри не в нашем убежище, а здесь. Здесь, в столице Эннвина…

Меня захлестывает ярость, но тело и разум оцепенели.

Вик лежит на земле, сжимая плечо. Его рубашка пропитывается кровью, и кажется, будто я испачкала его золотом. Но даже так он пытается воспользоваться своей магией пепла, пытается ее развеять. Пепел разлетается, как пыль, слабым облачком, а потом Вик кричит и падает навзничь.

Скрежет, скрежет, скрежет.