"Ни за что, блядь", — шепчет Даин, но его слова отдаются в моих костях, как удар молнии.

Я поворачиваюсь, убирая свою руку с руки Ксадена, но по выражению лица Даина видно, что теперь он знает, что между мной и Ксаденом что-то есть, и ему больно. Мой желудок падает на землю. "Даин…"

"Он?" Глаза Даина расширяются, а лицо краснеет. "Ты и… он?" Он качает головой. "Люди говорят, и я думал, что это все, но ты…" Разочарование опускает его плечи. "Не уходи, Вайолет. Пожалуйста. Из-за него ты погибнешь".

"Я знаю, ты думаешь, что у Ксадена есть скрытые мотивы, но я доверяю ему. У него были все возможности, и он никогда не причинял мне вреда". Я двигаюсь к Даину. "В какой-то момент ты должен оставить это".

Даин на секунду смотрит с ужасом, но быстро маскирует его. "Если он — то, что ты выбрала…" Он вздыхает. "Тогда, я думаю, этого должно быть достаточно для меня, не так ли?"

"Да." Я киваю. Слава богам, вся эта ерунда скоро останется в прошлом.

Он тяжело сглатывает и наклоняется, чтобы прошептать: "Я буду скучать по тебе, Вайолет". Затем он поворачивается на каблуке и направляется к Кэт.

"Спасибо, что доверяешь мне, — говорит Ксаден, когда я дотягиваюсь до передней лапы Таирна.

"Всегда".

"Мы должны ехать".

Он делает паузу, как будто собирается сказать что-то еще, но вместо этого отворачивается. Пока он направляется обратно к Сгаэйл, я не могу не отметить, что оба важных человека сейчас идут от меня в противоположных направлениях, и, учитывая, за кем я решила следовать, моя жизнь изменится навсегда.

Первое известное нападение грифонов произошло в 1 Августа (После объединения) около того места, где сейчас находится торговый пост Рессон. Находясь на границе, охраняемой драконами, этот пост всегда был уязвим для нападений, и за последние шесть веков он переходил из рук в руки не менее одиннадцати раз в ходе бесконечной войны за защиту наших границ от жаждущих власти врагов.

— Наварр, неотредактированная история полковника Льюиса Маркхэма

Мы летим утром, а затем днем, и когда Андарна не может удержаться на ногах, она цепляется за упряжь Таирна во время полета. Она уже спит, когда Ксаден решает обогнуть утесы Дралора высотой в тысячи футов, которые дают Тиррендору геологическое преимущество над всеми провинциями королевства — да что там, над всеми провинциями континента, — и вместо этого направляется в горы к северу от Атебайна.

В моей груди возникает тянущее ощущение, затем раздается щелчок, когда мы пересекаем барьер ограждения.

"Это совсем другое ощущение", — говорю я Таирну.

"Без барьеров магия здесь более дикая. Драконам легче общаться внутри барьера. Предводитель крыла должен будет принять это во внимание, командуя своим крылом с этого форпоста".

"Уверена, он уже подумал об этом".

Уже почти час дня, когда мы подъезжаем к Атебайну, останавливаясь, по приказу драконов, у ближайшего к заставе озера, чтобы они могли попить. Поверхность озера гладкая как стекло, отражая зубчатые пики перед нами с захватывающей дух точностью, прежде чем бунт приземляется на береговой линии и посылает рябь по воде крошечными ударными волнами. Густой лес из деревьев и тяжелых валунов окружает один край воды, а близлежащая трава вытоптана, что означает, что мы не первый бунт, отдыхающий здесь.

Всего с нами десять драконов, и, хотя я могу не узнать каждого из них, я знаю, что мы с Лиамом — единственные первокурсники в группе. Дей приземляется рядом с Таирном, а Лиам вскакивает со своего места, как будто мы только что не провели в небе семь часов.

"Вам обоим нужно попить и, возможно, что-нибудь съесть", — говорю я им, отстегиваясь от седла. Мои бедра болят и сводит судорогой, но это не так страшно, как было в Монтсеррате. Дополнительные часы в седле за последний месяц помогли.

Таирн зацепился когтем за защелку, и Андарна опустилась на землю, тряся головой, телом, потом хвостом.

"А тебе нужно поспать", — отвечает Таирн. "Ты не спала всю ночь".

"Я буду спать, когда ты будешь спать". Осторожно обходя его шипы, я скольжу по его передней лапе к мшистому краю берега.

"Я могу днями обходиться без сна. Я бы предпочел, чтобы ты не стреляла молниями от недосыпания".

У меня на языке вертится мысль возразить, что для того, чтобы пускать молнии, нужны усилия, но после того, как я прошлой ночью разбила окно Ксадена, я не уверена, что у меня есть опыт в этом вопросе. Или, может быть, это только Ксаден заставляет меня терять контроль. В любом случае, со мной опасно находиться рядом. Я удивлена, что Карр еще не отказался от меня.

"Странно быть за стенами", — говорю я, меняя тему.