На периферии я вижу, как Кэт и другие драконы прилетают с севера, как раз в тот момент, когда другой отряд стартует с утеса над нами.

Байда взлетает в воздух позади нас, мчится к своему засранцу-наезднику, который все еще злорадствует на вершине этой гребаной башни.

"Лезь!" приказываю я, убирая клинок под ребра и оставляя одну руку свободной, чтобы расстегнуть пряжки, когда придет время.

"Ты не слезешь!" Таирн рычит на меня, когда мы устремляемся вперед, оставляя меньшего оранжевого дракона позади нас. Он поворачивает голову влево, пуская поток огня в сторону линии драконов Первого крыла, чтобы предупредить их, и добивается успеха, когда мы проносимся мимо.

Растущая сила разгорается в моей груди, когда я фиксирую свой взгляд на Джеке. Я вижу больное удовольствие на его лице, когда мы подлетаем ближе, вижу кровь, капающую с его меча. Кровь Лиама.

На горизонте появляется огромный дракон. Мне не нужно смотреть или даже открывать свои чувства, чтобы понять, что это Ксаден, но я не могу уделить ему ни минуты. Таирн взбирается быстрее, чем мы когда-либо взбирались, и сила мчится по моей коже, обжигая кровь.

Если это оно, если моя сила дает обратную реакцию, то будь я проклята, если не заберу этого засранца с собой. Таирн огнеупорный — но не Джек.

"Быстрее!" кричу я, в моем голосе отчаяние от беспокойства, что мы не успеем вовремя.

Таирн бросается на башню, его крылья бьют все быстрее и быстрее, и я инстинктивно выбрасываю руки вперед, как будто могу проецировать всю эту силу, бурлящую во мне, на врага, который только что пытался убить моего друга, который делал все возможное, чтобы убить меня при любой возможности.

Это шипение магии перерастает в смертоносный, клубящийся вихрь энергии, и, хотя мои ноги все еще твердо стоят на земле, сила поднимается до точки разрыва, и крыша моего Архива распадается. Сила трещит надо мной, вихрится вокруг меня, обвивает мои ноги внизу.

Я — небо и сила каждой бури, которая когда-либо была.

Я бесконечна.

Крик вырывается из моего горла, когда молния раскалывает небо с ужасающим раскатом грома.

Голубоватая полоса серебряной смерти врезается в башню, и от нее разлетаются искры, когда она взрывается каменной глыбой. Таирн уклоняется, чтобы избежать взрыва, а я поворачиваюсь в седле.

Джек падает вниз со склона горы под лавиной камней, и я знаю, что ему не выжить.

Судя по тому, как Байд плачет под нами, она тоже это знает.

Моя рука дрожит, когда я убираю в ножны чистый кинжал у своих ребер. Кровь видна только на камнях внизу, хотя я смотрю на свои руки так, словно они должны быть покрыты смертью.

Таирн рычит с безошибочно узнаваемым звуком гордости.

"Владеющая молнией".

Смерть кадета — неизбежная, но приемлемая трагедия. Этот процесс прореживает стадо, оставляя только самых сильных всадников, и пока причина смерти не нарушает Кодекс, любой всадник, вовлеченный в уничтожение чужой жизни, не будет наказан".

— "Руководство майора Афендры по квадранту всадников".

(Неавторизованное издание)

Мы приземлились на летном поле, как нам показалось, несколько минут спустя. А может, прошла целая жизнь. Я не уверена.

Земля сотрясается, когда слева и справа появляются драконы, поле быстро заполняется празднующими всадниками из Четвертого крыла и сердитыми из Первого. Драконы взлетают, как только их наездники сходят с коней, за исключением Андарны, которая ждет между передними лапами Таирна, пока я возилась с пряжками.

Джек мертв.

Я убила его.

Из-за меня его родители получат письмо, из-за меня его имя будет высечено в камне.

На другом конце поля Гаррик поднимает над головой хрустальное яйцо, Даин размахивает флагом, а те, кто в Четвертом крыле, ликуют, устремляясь к этой паре, словно к богам.

Вес Таирна смещается подо мной, последняя пряжка проскальзывает сквозь мои пальцы, и я выскальзываю из седла. Голова плывет, стресс, без сомнения, вызвал головокружение, из-за которого мне трудно сохранять равновесие, пока я пробираюсь к его плечу и слезаю с седла.

Я спотыкаюсь в грязи, ударяюсь коленями, когда добираюсь до места, где Андарна лежит между передними ногами Таирна, явно обессиленная.

"Скажи мне, что Лиам жив. Скажи, что оно того стоило".

"Дейг говорит, что он жив. Меч прошел через его бок", — говорит Таирн.

"Хорошо. Хорошо. Это хорошо. Спасибо тебе, Андарна. Я знаю, как дорого тебе это стоило". Я смотрю в ее золотые глаза, и она медленно моргает в ответ.

"Оно того стоило".

Тошнота сковывает меня, и во рту появляется вода. Убила его. Я убила его.