Я насмехаюсь. "Он заботится о том, чтобы сохранить мне жизнь. В этом есть разница".

"Для него нет".

…

Полуденное небо над Басгиатом в середине мая кристально чистое для первой битвы Военных игр, знаменующих приближение выпуска. Как бы мне ни хотелось испытать волнение от того, что я так близка к тому, чтобы пережить свой первый год в квадранте Всадников, мой желудок сжимается от тревоги.

Боевые сводки становятся все более отредактированными. Профессор Карр все больше беспокоится, что я не проявила сигнет, как почти все курсанты первого года. Даин ведет себя странно, как чертовски дружелюбный в одну минуту и безразличный в другую. Ксаден становится более скрытным — если это вообще возможно — отменяет некоторые наши тренировки по необъяснимым причинам. Даже Таирн чувствует, что есть что-то, о чем он мне не говорит.

"Как ты думаешь, какое у нас будет задание?" спрашивает Лиам справа от меня, когда мы стоим в строю в центре двора вместе с остальными членами Четвертого крыла. "Дей думает, что мы в нападении. Он не перестает говорить о том, что хочет надрать задницу Глинну…" Он делает паузу, как будто слушает своего дракона. "Похоже, драконы держат обиду", — наконец шепчет он.

Лидеры собрались впереди нас, получая задания от Ксадена.

"Мы определенно в атаке", — отвечает Рианнон слева от меня. "Иначе мы бы уже были в поле. Я не видела ни одного всадника из Первого крыла с обеда".

Мой желудок не выдерживает. Первое крыло. Я так и думала, что они будут нашим первым противником. Во время Военных игр там творится что угодно, и Джек Барлоу не забыл, что я отправила его в лазарет на четыре дня. После того, как Ксаден казнил Орена и других ребят, напавших на меня, он несколько недель не подпускал меня к себе, и, конечно, после Эмбер Мэвис все перестали меня доставать. Но все равно я ловила на себе его взгляд, когда мы проходили мимо в коридорах или в кафетерии, чистая ненависть горела в ледяных голубых глубинах его глаз.

"Я думаю, что она права", — говорю я Лиаму, стараясь не ерзать, пока солнце печет мою летную форму. Уже давно я не завидовала писцам и их кремовой униформе, но из-за этой погоды мне кажется, что нам достался более короткий конец униформы. Не помогает и то, что я, видимо, неправильно спала, потому что мое колено меня убивает, а стабилизирующий бандаж как будто нагрелся на миллион градусов. "Как ты думаешь, почему всадники носят черное?"

"Потому что это круто", — отвечает Ридок сзади меня.

"Так сложнее заметить, когда у нас идет кровь", — подхватывает Имоджен.

"Забудьте, что я спросила", — бормочу я, наблюдая за любыми признаками того, что собрание лидеров скоро закончится. Кровотечение — последнее, что я хочу делать сегодня. "Мы в нападении или в обороне?" спрашиваю я Ксадена.

"Сейчас немного занят".

"О нет, я тебя отвлекаю?" Улыбка кривит мой рот.

Черт, я флиртую? Может быть.

А мне не все равно? Как ни странно… нет.

"Да". Его тон настолько грубый, что мне приходится сжать губы в плотную линию, чтобы не рассмеяться.

"Пойдем. Ты там вечно сидишь. Дай девушке намек".

"Оба", — рычит он, но не закрывает меня своими щитами — на что, я знаю, он способен — поэтому я немного смилостивилась над ним и над собранием, которое он должен вести, и оставила его в покое.

Нападение и защита? Сегодняшний день должен быть интересным.

"Есть новости от Миры?" шепчет Рианнон, бросая на меня быстрый взгляд.

Я качаю головой.

"Это просто… бесчеловечно".

"Ты правда думала, что они нарушат правило о запрете переписки? Даже если бы они попытались, мама быстро бы это закрыла".

Рианнон вздыхает, и я не виню ее. Больше мне нечего сказать на эту тему.

Собрание лидеров расходится, и Даин направляется туда вместе с Цианной. Он практически сияет, его руки сжимаются и разжимаются от нервной энергии.

"Что именно?" спрашивает Хитон. "Нападение или защита?"

"И то, и другое", — говорит он, пока командиры других отрядов докладывают своим всадникам.

Я притворяюсь удивленной и смотрю мимо него, но Ксадена и командиров отделений нигде не видно.

"Первое крыло заняло оборонительную позицию в одном из тренировочных фортов в горах, и они охраняют хрустальное яйцо", — сообщает нам Даин, и старшие всадники в нашем отряде возбужденно ропщут.

Логично. Возможно, это символический кивок в сторону различных пород драконов, принесших свои яйца в Басгиат во время объединения Наварры.

"Чего нам не хватает?" спрашивает Ридок. "Потому что вы, ребята, кажется, были в восторге от яйца".

"Из прошлых лет мы знаем, что яйца стоят больше очков", — говорит Цианна, восторженно ухмыляясь. "Флаги, по статистике, стоят меньше всего, а захваченные профессора — где-то посередине".