– Ага, – пробормотал я, протискиваясь мимо него. Я сбежал по лестнице, зная, что Чарли убьет меня, если узнает, что я только что сделал, но ни секунды не сожалел об этом.

Ты должен ее ненавидеть.

Но в глубине души я знал, что это не так.

Еще знал, что я лицемер.

Потому что Терренс Маркетти никогда не получит от меня еще одного шанса.

Я следила за домом Тейта, вылив огромное количество кетчупа на остатки хот-дога, купленного в киоске. Я стояла как раз за углом. Выжидала. Ровно три часа и сорок две минуты. Я высунула голову из-за угла. Тейта по-прежнему не было видно.

Терри вошел в дом полчаса назад, но для того, чтобы войти, нужно, чтобы ушел Тейт. Он не хотел, чтобы я вовлекала его отца в работу над «Милым Ядом», но ненависть Тейта к Терри не изменила того факта, что Келлан боготворил своего отца, а я не смогу это сделать без помощи Терри. Я смирилась с этим вскоре после встречи с Хелен и продумала тактику, чтобы приступить к следующему раунду правок. Первая стадия? Устроить засаду Терренсу Маркетти за спиной его сына.

Наконец-то – наконец-то – дверь распахнулась. Тейт вышел и повернулся, чтобы запереть дверь. На нем был темно-синий костюм-тройка, облегающий каждый дюйм его тела, и даже отсюда я видела, как сильно хмурится Тейт. Явный признак того, что он пообщался с отцом. Я отправила в рот остатки хот-дога и прижалась спиной к стене дома, возле которого стояла. Сердце в груди наворачивало обороты. Я вцепилась руками в стену. Буквально.

Тейт сел в «Лексус», даже не прогрев двигатель, промчался по улице и скрылся из виду. Я опустила плечи, прислонилась к кирпичной стене и, обгорая на солнце, прождала целых десять минут, чтобы убедиться, что Тейт не вернется. Солнце сегодня решило бросить мне вызов тридцатишестиградусной жарой.

– Эм. Привет?

Я повернулась к обладателю голоса. Рядом стоял ребенок. Я отлипла, вероятно, от его дома, и помахала рукой, а потом бросилась через улицу. Меньше всего мне нужно, чтобы сюда приехала полиция, которая помешает проникнуть в дом Тейта. Снова. Передо мной замаячила его входная дверь. Я почувствовала, как меня охватывает нервозность. Последние пару месяцев я ощущала это почти каждый день, но сегодня у меня в голове зазвенели тревожные звоночки из-за того напряжения, что сквозило между нами в последнее время. Может, мне не следует…

Я вставила ключ в замок. Повернула ручку. Вошла в дом Тейта так, словно не была уверена, что совершаю огромную ошибку. Меня встретила симфония голосов. Я последовала на шум в гостиную, где Терри сидел перед телевизором, одетый в безразмерные боксеры и порванную майку. Очаровательно. Он внимательно смотрел шоу – «Принц из Беверли-Хиллз». Зазвучала тематическая песня. Из динамиков донесся смех. Дядя Фил накричал на тетю Вив. Хилари вошла в McMansion с сумками для покупок. Эшли колотила по барабанной установке, а Джеффри надевал беруши. Когда я поняла, что Терри не собирается признавать мое присутствие, прошло больше пяти минут.

Ужасная идея. Ты даже не можешь с ним заговорить. Как вы будете вместе редактировать рукопись?

– Привет, – я прочистила горло, зависнув между кухней и гостиной. – У нас не было возможности… эм, поговорить.

Уилл покосился на Карлтона. И снова.

Терри откинул голову назад и захихикал. Он убавил громкость, качая головой.

– Таких шоу больше не снимают.

Ну, вообще-то снимают. Это называется перезапуском.

Но я сомневалась, что это поможет моему делу, потому держала рот на замке в ожидании, когда Терри сочтет меня достойной его внимания.

– Шарлотта, – наконец объявил он, выглядя слишком удивленным для простого приветствия, и я тут же поняла, что нужно обращаться с ним грубо, иначе он растопчет меня. – Ты здесь, чтобы развлечься?

Мне потребовалось все самообладание, чтобы меня не вырвало.

– Нет.

– Понятно. В наши дни никому не нужна подержанная машина. Особенно если можно позволить себе совершенно новую, – он рыгнул, отмахиваясь рукой от вони. Думаю, он имел в виду Тейта. Каким-то образом ему удалось сделать заманчивую перспективу переспать с Тейтом… грязной. Терри добавил: – Ну? Ты здесь из-за моего сына?

– Да.

– Он ушел. – Терри не сдвинулся с дивана, вытянувшись во весь рост, как греческая богиня, ожидающая, что ее накормят виноградом. – Меня тоже пытался выгнать. Говорит, что я пьян. Что я нарушил наше соглашение о трезвости. Я потребовал от него доказательств. Пока мы разговариваем, он, наверное, крадет алкотестер из полицейской машины, – он подмигнул мне. – Уловка заключается в том, что нужно задержать дыхание, прежде чем дунуть.

– Я говорю о другом вашем сыне.

О том, по которому вы, вероятно, ужасно скучаете.

Его брови взлетели на лоб.

– О Келлане?