Либо он сам сделал это, чтобы вернуть меня. Но к чему такая жестокая, пугающая демонстрация силы, тем более зная, что я уже пережила? Он ведь и сам был в рабстве.

Нет, Лукас не мог так поступить со мной.

Мысли лихорадочно метались, одна безумнее другой. Но нужно было что-то делать, нельзя просто сидеть и ждать, пока неизвестность окончательно сведёт с ума.

Первая, самая очевидная мысль – дверь. Я буквально подскочила к ней, дёрнула массивную латунную ручку. Заперто намертво. Подёргала ещё раз, до боли в запястье, но без толку – тяжёлая дверь не поддалась ни на миллиметр. Окно. Я подтащила лёгкий стул, взобралась на него, и дрожащими пальцами ощупала толстое стекло, закреплённое мощными болтами. Никаких ручек или защёлок. Да и оно было слишком маленьким, чтобы пролезть, даже если бы его можно было открыть.

Я сползла со стула, чувствуя, как остатки сил стремительно покидают меня. Затем снова забралась на кровать и свернулась калачиком, инстинктивно обхватив колени руками, прижав их к самой груди.

Время тянулось мучительно медленно, каждая секунда казалась вечностью. Я уже начала погружаться в какое-то апатичное оцепенение, когда за дверью каюты послышались шаги и мужские приглушённые голоса.

Я вскочила с кровати, забыв о слабости, и подбежала к двери, и ухом прижалась к ней, затаив дыхание.

– Как ты и говорил, он жив. – произнёс низкий, рокочущий бас. – И согласился обменять себя на неё,

Сердце пропустило удар, а потом снова заколотилось, но уже по-другому – с примесью очень не хорошего предчувствия.

Кто «он»?

– Отлично. – ответил ему второй голос, старше и резче, с едва заметными стальными нотками. – Нужно подготовиться. Я не доверяю этому ублюдку. Однажды он уже обвёл нас вокруг пальца.

– Не волнуйся, отец. – в голосе младшего проскользнула опасная усмешка. – В этот раз я закончу начатое тобой. Я убью Роше. А девчонку я оставлю себе.

Роше? Имя показалось смутно знакомым, но я не могла вспомнить, где его слышала. Но «девчонка»… это уже точно было обо мне. Меня прошиб холодный пот, ладони мгновенно стали липкими. Значит, Лукас тут совершенно ни при чём. Эти люди охотились за кем-то по имени Роше, а я просто приманка.

– Неужели понравилась? – в голосе старшего послышалось то ли удивление, то ли лёгкое презрение.

– Она, конечно, симпатичная, не спорю, – лениво протянул молодой. – Но у меня на неё совершенно другие планы. Я тут слышал… её очень активно ищет Висконти.

– Не связывайся с этим психопатом, сын, – голос старшего стал жёстче, в нём явно прозвучало предостережение. – Плохо кончится. Для всех нас.

Ответ младшего я уже не расслышала, их тяжёлые шаги и приглушённые голоса стали медленно удаляться по коридору, пока не стихли совсем. Собрав последние силы, я поднялась на дрожащих ногах и, шатаясь, добрела до кровати.

Кто, чёрт возьми, согласился обменять свою жизнь на мою? И кто этот Роше, из-за которого весь сыр-бор?

Вопросы роились в голове, жаля, как разъярённые осы, но ответов не было. Только страх, становился всё сильнее, пробирая до самых костей. Каждый шорох за дверью, скрип яхты, плеск волн заставлял меня вздрагивать всем телом.

Ждать долго не пришлось. Вскоре замок с резким щелчком провернулся, и дверь с тихим скрипом распахнулась. Сердце подпрыгнуло к горлу. В проёме возникла массивная фигура, заслонившая собой весь свет из коридора. Широкоплечий мужчина с грубыми чертами лицами, который я раньше никогда не выдела, шагнул внутрь. Его маленькие, глубоко посаженные глаза быстро обежали каюту и остановились на мне. Не говоря ни слова, незнакомец двинулся в мою сторону, его тяжёлые шаги отдавались глухим стуком по деревянному полу.

– Нет! Не подходите! – закричала я, инстинктивно отползая к изголовью кровати. – Кто вы? Что вам нужно?

Он не обратил на мои слова никакого внимания, продолжая надвигаться. Его пальцы мёртвой хваткой сомкнулись на предплечье, впиваясь в кожу. Я коротко вскрикнула, но он лишь сильнее стиснул хватку и рывком дёрнул на себя, стаскивая с кровати.

– Не дёргайся, – прорычал он, голос его был низким и грубым, как скрежет металла по стеклу. Дыхание его пахло чем-то кислым, перегаром и сигаретами, и я поморщилась. – Я не хочу причинять тебе боль, но сделаю это, если не будешь слушаться. Поняла?

– Пусти меня, ублюдок! – выкрикнула я, голос сорвался на хриплый визг. Я попыталась освободиться, ударить его свободной рукой, ногой, но он легко блокировал мои неуклюжие выпады. – Куда вы меня тащите?! Что собираетесь со мной сделать?! Отвечай, скотина!

Мужчина, игнорируя мои вопросы и отчаянные вопли, с непроницаемым лицом потащил меня на выход из каюты. Я упиралась ногами в пол, цеплялась за дверной косяк, но мои усилия были смехотворны против его мощи. Он даже не обращал на них внимания, просто волок меня за собой, как тряпичную куклу. Кожа под его пальцами горела огнём. Каждый мускул моего тела кричал от напряжения и боли.