Она слезла с постели, когда я развернулся и ушел, и я услышал, что она направилась в ванную: настолько же заряженная, как и я. С каждым разом становилось все очевиднее, что у Эли внутри тоже есть рубильник, похожий на мой. Работа требовала от нее постоянного самоконтроля. Она несла единоличную ответственность за свой дом, машину, участок, заботу о Фреде и собственное благополучие. Несложно было понять, почему в постели она была такой послушной – ей хотелось, чтобы кто-нибудь другой взял контроль на себя. Ей хотелось безопасности и защищенности не меньше, чем грубости и грязи. В этом отношении мы совпадали идеально.

Когда я вышел из спальни искать Фреда, меня проводил шум включившегося душа. При беглом осмотре гостиной я его нигде не увидел, но акустика в квартире, усилившая его очередное завывание, подсказала, что он за диваном. Я нагнулся, поискал его, но его там не оказалось. Новый вой заманил меня в комнату Тайлера. Он оставил дверь открытой, и мне оставалось только надеяться, что Фред не решит описать ворох грязного белья Тайлера, удобно сваленного рядом с пустой корзиной.

Однажды мой сосед сведет свою будущую партнершу с ума. Может, я расскажу ей про свой успешный эксперимент с носками, и она сможет использовать этот опыт, чтобы победить остальные дурные привычки Тайлера.

К счастью, Фреда в спальне не оказалось, так что я прикрыл дверь и развернулся, изучая пространство квартиры. Где-то же он должен быть! Здесь больше не было комнат, где он смог бы спрятаться.

– Давай, приятель, – сказал я, заглядывая за занавески. – Ты только что уронил меня на свою хозяйку. Не будешь же ты теперь меня от нее отваживать? – Мой член натянул молнию, почти болезненно вздыбившись. Эли была нужна мне сейчас как воздух.

Очередное пронзительное мяуканье заставило меня поднять взгляд на кухонные подвесные шкафчики. Там Фред и сидел, с невероятно довольным видом глядя на меня с высоты своего положения.

– Как ты вообще туда забрался? – пробормотал я, отодвигая из-под островка барный стул, чтобы добраться до него.

Когда я, наконец, вернулся вместе с ним в спальню и закрыл за нами дверь, из ванной уже валил пар. Я сказал Фреду вести себя прилично и отправился искать его мамочку. Ее одежда валялась на ванном коврике, а это значило, что от голой, сочащейся Эли меня отделяла только хлипкая шторка между нами.

Я стянул через голову кофту, а потом поспешно расстегнул ремень. Через несколько секунду моя одежда уже валялась в одной куче с одеждой Эли, и я в мгновение ока оказался рядом с душевой кабинкой. Я отдернул шторку, любуясь видом распахнутых глаз Эли и смакуя сладкий звук ее резкого вздоха. Всего за долю секунды ее удивление и испуг превратились в желание.

Она была права. Мне нравился не страх; мне нравился тот момент, когда он переходил в похоть. Эта женщина была так же умна, как и красива, и когда я взглянул на нее, застывшую под горячими потоками воды, я буквально замер на месте. Она была просто невероятна: длинные темные волосы прилипли к мокрой коже, а ее тело было настоящей симфонией изгибов и мышц. Ее смуглые соски превратились в тугие твердые пуговки, то ли от возбуждения, то ли от холодного воздуха, который ворвался в кабинку вслед за мной. Мне захотелось как следует обласкать и отполировать их, пока она не начнет изнывать и умолять меня. Но у нас не было на это времени, и судя по выражению ее глаз, о прелюдии она сейчас думала в последнюю очередь.

Я зашел в душевую и встал прямо под струями воды, слегка оттолкнув Эли. Ее взгляд скитался по моему телу, как будто она не знала, куда смотреть, и только сейчас я осознал, что она впервые видит меня обнаженным. И хотя у меня уже тряслись руки от желания обнять ее, я позволил ей как следует рассмотреть меня; я подставил голову под теплые потоки, чтобы она стекала по моим мышцам, которыми я лишь слегка поигрывал для нее. Жар, который я увидел в ее глазах, наконец-то заставил меня понять, зачем Тайлер красуется перед людьми. У меня легко могла развиться зависимость от этого неприкрытого вожделения на ее крайне выразительном лице.

Она покачала головой, когда наши взгляды встретились.

– Ты так прекрасен. Я знаю, что писала об этом в интернете неприличное количество раз, но я серьезно.

Я застыл под потоками воды.

– А ты не видишь моего отца, глядя на меня?

– Нет, – сказала она, и я вздохнул с облегчением, когда ее взгляд опустился на мой член. – Я вижу только своего парня. И я хочу его прямо сейчас.

Черт. Она получит столько, что вряд ли к этому готова. От меня не ускользнуло выражение сомнения, вспыхнувшее в ее глазах, когда она увидела выросшего между нами монстра. Мой член побывал у нее во рту, и она сжимала его между своих шикарных сисек – то есть она прекрасно знала, насколько он большой. Но теперь, когда ему пришло время вонзиться в ее тело, она как будто первый раз прикинула, насколько сильно должна растянуться, чтобы принять его. Хорошо, что она так много тренировалась со своими гигантскими вибраторами.

И все равно этого будет недостаточно. И да, я прекрасно понимал, насколько это долбануто: возбуждаться от идеи, что она с трудом сможет меня вместить.

– Развернись, – приказал я. – И упрись руками в стену.