Она без единого возражения крутанулась на месте, положила ладони на плитку, выгнула спину и отставила задницу, как будто предлагала мне ее в качестве подарка. Я чуть не застонал при виде ее упругих, круглых ягодиц. Однажды я буду обладать всеми частями тела этой женщины, но сейчас мне не хватило бы терпения для подготовительной работы, требуемой для анала. Черт, да мне не хватало терпения даже ее киску подготовить как должно.

Я сделал шаг к ней, и ее ягодицы приятно накрыли мой член, когда моя рука уперлась в стену рядом с ее. Я коснулся губами ее ушной раковины.

– Я так тебя хочу, что не смогу быть слишком ласков.

Она хрипло прошептала одними губами:

– Я не хочу, чтобы ты был ласков.

Она широко, удобно расставила ноги, и дрожь предвкушения прокатилась по всему ее телу, когда она потерлась об меня. Тут она издала такой стон, что я чуть не сорвался, потеряв остатки самоконтроля. Я опустил ладонь ей на поясницу и выгнул, как ореховый лук, а моя рука соскользнула с холодной плитки и оказалась у нее между бедер. Она была вся мокрая, и вязкая влага, покрывавшая ее промежность, подсказывала, что душ тут был ни при чем. Эли хотела меня так же, как я хотел ее, и я нашел доказательство.

Я погладил пальцами ее промежность, а потом перешел к клитору и начал ласкать его круговыми движениями, а сам подался вперед, чтобы мой член оказался прямо под ним. Если я не сделаю все правильно, я слишком ее травмирую и не смогу отыметь в следующий раз, когда у нас будет больше времени. Мое нетерпение могло аукнуться потом. Как только ее дом станет полностью безопасен, я запру ее там и не выпущу до тех пор, пока не насыщюсь ей – то есть, наверное, никогда. Спасибо современным технологиям и сервисам доставки. Если все получится, то следующие две недели одетой я ее не увижу.

– Пожалуйста, – прошептала она, извиваясь под моими пальцами.

Я двинул бедрами, только чтобы ткнуться в ее киску: чтобы она почувствовала, какая у меня широкая головка. Она резко втянула воздух, напрягшись от угрозы такого жесткого вторжения.

– Расслабься, детка, – сказал я, убирая ее волосы с шеи. – Ты сможешь.

Я снова начал водить пальцами по ее клитору, и она задрожала, машинально прижавшись к моей груди. В этот же самый момент я рванул вперед, и мой конец оказался внутри нее. Она сочилась смазкой, но все равно была очень тугой – как будто мой член сжало теплыми, мягкими тисками, и, черт возьми, это было потрясно.

Моя рука переместилась с ее клитора на бедро, и я схватил ее настолько сильно, что, наверное, мог оставить отметины. Но мне нужно было удержать ее на месте. Это единственное, благодаря чему я еще сохранял здравомыслие; единственное, что позволяло мне не потерять голову и не накинуться на нее, как одичавший зверь.

Другой рукой я схватил ее за шею и обвил пальцы вокруг нежной, беззащитной глотки именно так, как ей нравилось. Я наклонился к ней и прошептал:

– Больше так не сжимайся.

Она прерывисто вдохнула и замотала головой.

– Не буду.

– Хорошая девочка, – сказал я, а потом без предупреждения раздвинул ей ноги еще шире и вошел на дюйм глубже. Она подалась мне навстречу.

Я застонал. Она зашипела сквозь зубы. Но не съежилась, а уперлась руками в стену и глубоко задышала.

– Ты такой большой…

Мои яйца напряглись.

– Слишком большой?

Она снова замотала головой, и мышцы ее шеи загуляли под моими пальцами.

– Нет. Мне нужно больше.

Я на секунду выскользнул из нее, чтобы увлажнить себя смазкой, а потом мои бедра снова качнулись вперед, борясь за очередной сладостный дюйм. Черт, какая же тугая. Настолько тугая, что я чувствовал, как ей приходится контролировать сокращение своих мышц, пока ее тело пытается сопротивляться вторжению.

– Еще, – выдохнула она.

Я сжал ее шею.

– Такая нетерпеливая.

– С тобой – всегда.

– Нужно медленно, чтобы тебе не было больно.

Она изогнулась у меня в руках и сдавленно проговорила:

– Мне все равно, если будет больно. Я хочу тебя, Джош. Сейчас. Пожалуйста.

– Черт, Эли… – Я вошел еще на дюйм глубже, а потом еще на один, стараясь быть осторожным, стараясь держать свою тягу в узде, хотя мои толчки становились все быстрее. – Я хочу эту киску.

Она выпрямила руки и повесила голову, прижимаясь ко мне задницей.

– Она твоя. Бери. Имей ее. Не сдерживайся.

– Ты не знаешь, о чем просишь, – предупредил я.

Она издала низкий, яростный звук.

– Нет, знаю. Трахни меня, Джош. Трахни свою девушку.

Остатки моего самоконтроля разбились вдребезги. Я немного изменил угол, вышел из нее, чтобы только головка члена оставалась внутри, а потом обрушился с безжалостным рывком, уткнувшись во что-то глубоко внутри. Она вскрикнула и сжалась.