– Мне запретили с ним видеться.

– И ты снова даже не попытаешься оспорить решение Морга́ны?

– Ради чего? Фред точно не будет рад меня видеть. Я врала ему. И не я его спасла. Я убила его родных. Да, это была я. Я своими руками вспорола им глотки.

– Уверен, они не мучились, – говорю я, и Венди фыркает. – Можешь отрицать, Венди, но я знаю, что ты решила взять их на себя, чтобы гарантировать им безболезненную смерть. Я видел их тела и точно могу сказать: они умерли мгновенно.

Она издаёт смешок.

– Ладно, я понял, говорить о Фреде ты не хочешь. Но, может, хочешь что-то ему передать?

– Слова будут лишними. Оставьте это, мистер Хейз. Прекратите лезть в мою личную жизнь. Лучше встаньте вот туда.

Она указывает на свободную от стеллажей стену, и я, больше не пытаясь до неё достучаться, встаю справа от второй двери. Венди направляет на меня электрический прибор, похожий на пистолет, и нажимает на кнопку активации.

Зелёный луч сканирует меня и когда опускается к животу, слева резко вспыхивает боль. Я ощущаю запах гари и, опустив голову, вижу, что в свитере образовалась дыра.

Венди продолжает сканирование, просит меня повернуться к ней спиной, но больше ничего не происходит, и она откладывает свою игрушку. Стаскиваю с себя свитер и осматриваю торс. Там, где лазер выжег дыру в свитере, на коже образовалось красное пятно.

– Что это такое, чёрт подери? – резко спрашиваю я, приблизившись к ней.

– Видимо, подарок от Жнецов. Нужно извлечь.

– И почему этим занимаешься ты, а не медики?

– А я не говорила, что сама буду извлекать устройство. Мне приказали проверить вас. Дальше вами займётся Трейси.

– Ты имеешь в виду ту самую Трейси?

– Да. Морга́на заинтересованы в вас отчасти из-за Трейси. Она давно хотела с вами поговорить. То, что один из лидеров Морга́ны хочет встретиться с вами лично, – большая честь. Не делайте глупостей, мистер Хейз. Я буду прямо за той дверью.

Сказав это, она выходит в первую дверь, оставляя меня одного. Но моё одиночество длится недолго: проходит несколько секунд, и за моей спиной раздаётся щелчок. Я не спешу поворачиваться, и вслушиваюсь в стук каблуков.

Женщина останавливается в паре метров от меня.

Антидот, который сделал Андерсон с помощью учёных Морга́ны, работает. Я чувствую себя лучше с каждым днём. Но я всё ещё могу слышать и видеть больше, чем другие люди. А вот в остальном я теперь слабее большинства. Надеюсь, после окончания курса лечения моё состояние придёт в норму и я стану таким же, каким был до ND-1.

– Здравствуйте, мистер Хейз, – раздаётся знакомый голос. – Вот мы и встретились снова.

Развернувшись, я не верю своим глазам. Да, эта женщина выглядит иначе. Но это действительно она.

– Сара?

– Так вы узнали меня?

Она смеётся, поправляя белокурые локоны. Её голубые глаза с интересом рассматривают меня, а с губ не сходит улыбка.

Весь её облик так и пышет здоровьем, деньгами и независимостью. От скромности и затюканности не осталось и следа. Передо мной стоит женщина, заправляющая судьбами империй. А никак не обиженная жизнью мать-одиночка.

– Как я рада. Простите, что представилась вам ненастоящим именем. Обстоятельства, сами понимаете.

– Погоди, ты… Зачем ты работала моей личной помощницей?

– Вы заинтересовали меня с самого начала. Мне захотелось подобраться поближе. Отец Лео Андерсона был великим учёным. Он создал нечто гениальное. Но никто не смог повторить его опыт. Ни Жнецы, у которых были все его наработки. Ни его сын, который, безусловно, тоже очень талантлив. Вы единственный в своём роде. Вы выжили даже после длительного приёма ND-1. Исследования показали, что это очень сильный яд, мистер Хейз. Настолько сильный, что шансов против него нет никаких.

– Но Лео удалось создать антидот.

– Ах, это… – она взмахивает рукой. – Мы ещё не уверены, что у нас получилось. Вы снова испытуемый, мистер Хейз. Но ваш организм восстанавливается и без помощи извне. Вы действительно уникальны.

– Ты не была беременна? – зачем-то задаю я поистине нелепый вопрос.

Ответ ведь очевиден. Она просто притворялась женщиной слегка за тридцать, у которой трудности с финансами и личной жизнью.

Сколько же ей на самом деле лет? Сорок? Пятьдесят?

Как я мог не замечать, что её лицо настолько лощёное и словно вылепленное заново? Трейси явно делала не только подтяжку. И откуда бы у бедной помощницы взялись на это деньги?

Вот я дурак. Пожалел женщину в сложном положении. Сделал доброе дело, приняв её на работу, ага.

Тебя поимели, Кристофер.

– Нет, не была, – усмехается Трейси. – У меня есть взрослая дочь. Вы с ней знакомы.

– Но ты сталкивалась с Генри. Неужели он не знал, кто ты такая?

– Не знал. Я обычно не общаюсь ни с кем, кроме людей Морга́ны.

– Выходит, я – исключение.

– Почему же? Теперь вы наш человек, мистер Хейз.