— Как она держится?

Я перевожу взгляд на бледное лицо Уинтер, в ее глазах пустое выражение.

— Нехорошо. Она потеряла всех.

— Она все еще жива, — бормочет мой брат, и когда я снова обращаю на него внимание, он усмехается, — Неплохо для первого рабочего дня.

Алексей возвращается из кабины пилотов, сообщив им координаты. Он проходит мимо нас, затем садится напротив Уинтер. Я сажусь рядом с ней, а Демитрий напротив меня, а затем смотрю, как Алексей смотрит на Уинтер.

Она медленно поднимает голову и смотрит ему в глаза.

— Бланко. Ты хочешь отомстить, — Алексей сразу переходит к делу.

— Я хочу, чтобы их уничтожили, — выдавливает она слова.

— Твой остров. Он охраняется?

— Да, — отвечаю я от ее имени. Я рассказываю им все, что узнал о безопасности.

— Нам понадобятся наши собственные люди для нападения, — говорит Демитрий.

— Займись этим, — приказывает ему Алексей.

Пока Демитрий начинает звонить, Алексей прикалывает Уинтер жестким взглядом.

— Мои соболезнования.

Она только слегка кивает, ее челюсть сжимается.

Боже, эта женщина — нечто иное.

Она вообще человек?

С другой стороны, я бы, наверное, так же отреагировал на смерть Демитрия. Сначала месть, потом я буду горевать.

— Расскажи мне об алмазном бизнесе, — приказывает Алексей.

Уинтер качает головой, а затем, похоже, осознает что-то плохое, когда ее губы приоткрываются.

— Я… Я ничего не знаю. Мой брат собирался занять место отца. Киллиан… Киллиан... — ее голос становится хриплым по мере того, как затихает.

От этой новости губы Алексея кривятся, затем он бормочет.

— Я помогу за определенную плату.

— Сколько? — спрашивает Уинтер, ее глаза снова останавливаются на нем.

— Я дам тебе знать.

Я вижу, как мысли Алексея работают за его темными глазами. Его взгляд останавливается на мне, а затем его улыбка становится шире.

— Неплохо для твоего первого контракта. Я горжусь тобой.

Я только киваю, затем снова обращаю свое внимание на Уинтер. Мои глаза сканируют ее, и, увидев ее окровавленные руки, я отстегиваю ее ремень безопасности и подтягиваю ее. Я веду ее в туалет и, открыв краны, держу ее руки под водой, смывая кровь Киллиана.

Близость друг к другу быстро наполняет воздух интимным чувством, и я смотрю на ее лицо. Глаза Уинтер на секунду встречаются с моими, прежде чем опуститься к раковине.

Впервые с тех пор, как я встретил ее, она выглядит уязвимой. До сих пор мне не разрешалось испытывать какие-либо чувства к Уинтер. Но, по крайней мере, на двенадцать месяцев она моя.

Когда она так близко ко мне, предвкушение начинает будить мое тело и сердце. После того, как я вытираю ее руки полотенцами, я притягиваю ее к своей груди и обнимаю.

Она застыла, и это заставляет меня пробормотать.

— Я сожалею о твоих потерях.

— Я хочу, чтобы они все умерли, — шепчет она, поднимая руки к моим бокам. Я чувствую, как она сжимает мою рубашку, а затем прижимается щекой к моей груди.

Уинтер… уязвимая и полностью зависящая от меня.

Это то, чего я жаждал. Чтобы она была в моей власти. Я просто не хотел, чтобы это произошло таким образом.

Я немного отстраняюсь и, положив палец ей под подбородок, приподнимаю ее лицо, пока ее глаза не фокусируются на моих.

— Мы убьем их всех, — обещаю я, — К тому времени, как мы закончим, ты действительно будешь Кровавой Принцессой.

Моей Кровавой Принцессой.

В ее глазах вспыхивают огненные искры, а на лице застывает твердая решимость.

— Нет. Я буду Кровавой Королевой.

Боже, все еще такая жестокая.

Все, что я чувствовал к ней в академии, возвращается с новой силой. Я ничего так не хотел, как завладеть ее ртом и ощутить ярость на ее языке, но сейчас не время.

Я собираюсь потребовать оплату, которую она мне должна, как только мы окажемся на острове. Она будет согревать мою постель по ночам, а взамен я убью ее врагов.

Я буду владеть ее телом, ее разбитым сердцем, ее непоколебимым духом.

Я помогу ей занять достойное место в бизнесе ее семьи, одновременно удовлетворяя свою тягу к ней.

Глава 15

УИНТЕР

Когда я выхожу из самолета, земля кажется мне чужой под ногами. Месяц назад это был мой дом. Все было знакомо.

Теперь это напоминание о том, что я потеряла.

Я держу голову высоко поднятой, когда иду к особняку. Открывается входная дверь, и Дана, экономка, начинает улыбаться, пока не видит троих мужчин позади меня. Ее глаза возвращаются к моим, и я вижу, как на ее лице появляются вопросы.

Я останавливаюсь перед ней и качаю головой.

— Это всего лишь я. Они мертвы.

Губы Даны в шоке приоткрываются, и, не в силах заботиться о ее чувствах, я начинаю идти к лестнице. Я поднимаюсь по ним с тяжелыми ногами, и только когда я сворачиваю в коридор и скрываюсь из виду, я снова останавливаюсь.