Прошлой ночью я многому научился из разговора с ней. Я не сомневаюсь, что она была пленницей на вилле своего отца. Когда я взял ее за руку, ее реакция говорила о многом. Я чувствовал, как от нее исходят страх и паника.

Есть еще сотни вопросов без ответов, и тот факт, что я даже думаю о них, должен заставить меня волноваться. У меня никогда не было личного интереса к женщине, и неспособность перестать думать о Елене должна быть для меня достаточным предупреждением.

Тем не менее, это предупреждение, которое я явно намерен проигнорировать.

Крепко сжимая Glock, я иду в тир. На выбор есть десять прилавков, но я продолжаю проходить мимо пустых, пока не дохожу до прилавка рядом с Еленой. Она не замечает меня, поскольку закрывает один глаз, целясь в цель. Ее язык выглядывает из-под губ, а затем она нажимает на курок. Все ее тело дергается, и она полностью промахивается мимо цели.

Какой бы милой она ни выглядела в данный момент, я хмурюсь, когда спрашиваю.

— Ты когда-нибудь держала в руках оружие до сегодняшнего дня?

Я сразу же жалею, что заговорил, когда она издает писк, поворачиваясь ко мне. Огнестрельное оружие выпадает из ее руки, но затем она пытается его поднять.

Должно быть, она была полностью сосредоточена на своей мрачной работе, которую выполняла, чтобы заметить, как кто-то подкрался к ней.

— Я приму это как «нет», — бормочу я, — Почему мисс Дервиши здесь и не показывает тебе, как стрелять из пистолета?

Елена кладет оружие на прилавок своей кабинки, прежде чем ответить.

— У меня тренировка с ней в семь. Я просто хотела немного попрактиковаться.

— Ты в конечном итоге убьешь себя, — говорю я, недовольный тем фактом, что Елене разрешено обращаться с оружием, когда она ничего об этом не знает. Я подхожу ближе, пряча свой Glock за спину. Когда я тянусь к пистолету Елены, Heckler&Koch, я замечаю, как она напрягается, — Встань передо мной, — приказываю я.

— Мне не нужна твоя помощь.

Я перевожу взгляд на Елену.

— Я не буду предлагать во второй раз.

Она раздраженно фыркает, но подходит и встает передо мной. Когда я обнимаю ее и прижимаюсь грудью к ее спине, Елена резко вздыхает и мгновенно начинает дрожать.

— Расслабься, я просто покажу тебе, как стрелять, чтобы ты не убила меня, пока я здесь.

Я беру ее за правую руку и прижимаю пистолет к ее ладони. Затем я поднимаю ее левую руку, заставляя ее пальцы плотно обхватить рукоятку.

— Всегда крепко держи оружие. Выпрями руки и сцепи локти, чтобы отдача не заставила тебя дернуться.

Елена кивает и, слегка наклонив мою голову вперед, моя щека прижимается к ее щеке.

— Держи оба глаза открытыми. Прищуривание ни хрена не помогает.

Она снова кивает, ее мягкая кожа касается щетины на моей челюсти, когда я навожу ствол на цель. Стоять с ней лицом к лицу ошеломляет, заставляя каждый дюйм меня ожить от неоспоримого влечения, которое я чувствую к ней. Понизив голос, я бормочу.

— Нажми на курок.

Елена не колеблется, и в следующую секунду в тире раздается выстрел. Пуля попадает в цель в левом плече, и отдача заставляет меньшее тело Елены прижаться к моему крепкому телу.

— Неплохо, — бормочу я.

Елена издает счастливый вопль и поворачивает свое лицо ко мне, на ее губах появляется потрясающая улыбка.

Христос всемогущий.

— Можешь показать мне еще раз? — спрашивает она.

Ее смена настроения и яркая улыбка застают меня врасплох, и все, что я могу сделать, это кивнуть. Она быстро прижимается спиной к моей груди, а затем ее хватка на ручке крепче сжимается под моими руками. Притяжение усиливается, и когда я делаю вдох, мои легкие наполняются ее мягким ароматом.

Блять, я никогда раньше не испытывал такого сильного влечения к женщине.

Изо всех сил стараясь сосредоточиться на текущей задаче, я навожу ствол на цель, затем шепчу ей на ухо.

— Нажми на курок.

Елена слушает, а затем вокруг нас раздается выстрел, и пуля попадает в цель с правой стороны груди.

— Боже мой! — Елена снова радостно кричит. — Этот выстрел может кого-то убить, верно?

— Все зависит от цели. Если ты хочешь убить, тебе нужно целиться в сердце или голову. Предпочтительно в голову, — говорю я, отстраняясь от нее, потому что я в секунде от того, чтобы стать твердым, и я не думаю, что она оценит, как мой член трется о ее поясницу.

С другой стороны тира, где мисс Дервиши дает урок Ким Юнгу, начинают раздаваться выстрелы.

— Попробуй еще раз, — инструктирую я Елену.

Она кивает и наводит ствол на цель. Когда кончик ее языка проскальзывает сквозь губы, когда она сосредотачивается на выстреле, уголок моего рта приподнимается.

Стоя рядом с ней, я могу смотреть на нее, пока ее внимание сосредоточено на стрельбе. На ее щеке слабый шрам, и мне интересно, как она его получила.