— Несколько, — неопределенно отвечает он.

— Какие именно? — я давлю.

— Немецкий, итальянский, французский... — его глаза встречаются с моими, когда его слова затихают.

Он все еще выглядит обеспокоенным, и я начинаю думать, что это потому, что он на публике. Я читала, что интровертам тяжело находиться среди людей. Желая успокоить его, я тянусь через стол и кладу свою руку на его.

— Старайся игнорировать других людей. Притворись, что здесь только мы.

Взгляд Карсона опускается туда, где я прикасаюсь к нему, и это заставляет меня отстраниться.

— Если бы я знала, что ты приедешь, я бы поехала с тобой и сэкономила деньги на билет на автобус.

Он наклоняет голову, его взгляд сосредоточен на моем лице.

— Вместо того, чтобы оставаться в хостеле и платить за еще один билет на автобус, ты можешь поехать со мной обратно в Сен-Люк.

Мои внутренности радостно танцуют от этого предложения. Это даст мне больше времени с ним.

Не колеблясь, я широко улыбаюсь Карсону.

— Это было бы здорово. Спасибо.

Он выглядит удивленным моим ответом, но это быстро исчезает с его лица, и вскоре возвращается обеспокоенное выражение.

— Ты подождешь в моей машине, пока я встречусь с другом? Это займет тридцать минут.

Я пожимаю плечами.

— Я не возражаю.

Официант приносит нам кофе, и я добавляю в напиток две ложки сахара.

Не могу поверить, что я пью кофе с Карсоном и поеду с ним домой. Я собираюсь провести с ним часы, а не просто пару случайных минут.

Мои губы изгибаются невероятно высоко от счастья, которое приносит мне эта мысль.

Взгляд Карсона опускается к моему рту, и выражение его лица меняется, пока он не становится похожим на глубокую задумчивость.

Я использую момент, чтобы тоже немного понаблюдать, и, как фанатка-преследовательница, я пытаюсь запомнить каждый дюйм его лица.

Внезапно его глаза поднимаются, и они сталкиваются с моими.

Мы сидим, застыв, когда тот же электрический ток, который я почувствовала во вторник, начинает гудеть между нами. Мое сердцебиение учащается, а дыхание становится глубже.

Интересно, каково это — поцеловать Карсона. Каково было бы встречаться с ним.

Я понятия не имею, сколько времени проходит, прежде чем Карсон тяжело вздыхает и делает глоток кофе, нарушая волшебный момент между нами.

Желая знать о нем все, я прочищаю горло и говорю:

— Мы знаем друг друга уже несколько недель, и я все еще не знаю, какая у тебя фамилия.

Челюсти Карсона сжимаются, но после долгих секунд он бормочет:

— Козлов.

Карсон Козлов.

Отшельник, в которого я влюбляюсь.

Эта мысль потрясает меня до глубины души, и я чуть не роняю чашку. Ставя ее на стол, я смотрю на жидкость с колотящимся сердцем.

Так ли это?

Неужели?

Но…

Я пробуду в Сен-Люке всего три месяца. Я не могу влюбиться. Это только все усложнит.

— Хейли, — моя кожа отзывается на низкий тембр его голоса мурашками.

Я поднимаю на него глаза.

Карсон наклоняется немного ближе и, наклонив голову, спрашивает:

— Все в порядке?

Я быстро киваю.

— Да. Конечно.

— На мгновение ты выглядела обеспокоенной.

— Вовсе нет, — я издаю смешок, затем возвращаюсь к нашему разговору, — Моя фамилия Уэлш.

— Хейли Уэлш, — он произносит мое имя медленно, как будто пробуя его на вкус, и от этого сладкая боль распространяется по моему животу.

Я делаю глоток своего напитка, затем спрашиваю:

— Скажи мне, чем интроверт зарабатывает на жизнь?

Взгляд Карсона оббегает ресторан, и проходит мгновение, прежде чем он отвечает.

— Я подрядчик.

Моя улыбка снова становится шире.

— Какое совпадение. Мой отец работает на стройке. Ты много путешествуешь по работе?

Он кивает и допивает свой кофе.

— Ты из России? — я задаю другой вопрос.

Он снова кивает.

— Я жил там, пока мне не исполнилось шестнадцать.

— А твоя семья? — вопросы появляются быстро, моя потребность узнать о нем все растет.

— Мой брат живет в Америке.

— Твои родители?

Карсон качает головой.

— Я не знал, что моя мать и отец умерли, когда мне было шестнадцать.

Я протягиваю руку через стол и сжимаю его.

— Мне жаль.

Он просто пожимает плечами, как будто воспоминания вообще не причиняют ему боли. Может быть, он не был близок со своими родителями?

— Ты поэтому переехал из России?

Карсон кивает.

— Мой брат перевез меня в Швейцарию, чтобы я был рядом с ним.

— Вы с братом близки?

Я надеюсь, что это так. Было бы душераздирающе узнать, что Карсон одинок в этом мире.

— Да.

Мой рот снова изгибается, когда облегчение проходит через меня.

— Это приятно слышать.