Я резко поворачиваюсь в ее сторону и, увидев, что она идет ко мне, испытываю мгновенное облегчение. Она обнимает меня за плечи и, прижимая к себе, спрашивает: — Что случилось?

Я быстро обнимаю ее в ответ, жадно вдыхая ее успокаивающий аромат.

Рэйчел здесь. Она не даст меня в обиду. Я в безопасности.

— Я не совсем понимаю. — Истон смотрит на меня с беспокойством. — Мы говорили о прежней работе Новы, и разговор как-то свернул не туда. Она думает, что я жду от нее платы за аренду.

Боже, как я рада, что она вошла именно в этот момент. Какого черта я все это наговорила и довела себя до панической атаки? Истон, должно быть, считает меня сумасшедшей.

Рэйчел ободряюще улыбается мне: — Ты делаешь мне огромное одолжение тем, что ты здесь. Ты практически член семьи. Я и слышать не хочу ни о какой аренде.

Она гладит меня по волосам, внимательно вглядываясь в мое лицо.

Теперь она точно будет настаивать на терапии.

Наверное, мне и правда стоит пойти.

Я отстраняюсь и, чувствуя себя ужасно из-за своей неадекватной реакции, бормочу: — Прости.

Подруга снова приобнимает меня, что очень успокаивает, а затем делает глоток из моей кружки.

— Сделать тебе кофе? — предлагаю я.

Она качает головой.

— Сегодня немного подташнивает. Просто съем тост и выпью апельсинового сока, чтобы принять лекарство.

— Мы с Новой вчера говорили и решили, что тебе стоит оставить лекарства на кухне, чтобы мы все могли их достать, — вставляет Истон.

— Хорошо. Я принесу их после завтрака. — Рэйчел осматривается. — Будем держать их в том же шкафчике, что и витамины, только на верхней полке.

Все еще испытывая неловкость, я стараюсь не смотреть на Истона, пока встаю, чтобы поджарить тосты.

Когда я беру хлеб, Рэйчел накрывает мою ладонь своей и качает головой: — Давай я. Я хочу вести себя как обычно как можно дольше и не думать о смерти каждую секунду. Хочу насладиться каждым мгновением, которое у меня осталось.

Сердце болезненно сжимается в груди. Кивнув, я отхожу в сторону и смотрю, как она кладет четыре ломтика в тостер. В ее глазах горит решительный огонек, которого раньше не было. Уж точно не было вчера вечером, когда мы узнали эту ужасную новость.

На губах Рэйчел появляется нежная улыбка, и она говорит поддразнивающим тоном: — Сделай себе еще чашечку кофе. Я же знаю, что тебе нужно как минимум три, прежде чем ты начнешь соображать.

— Ты знаешь меня лучше всех, — я пытаюсь рассмеяться, но получается жалко.

Когда я возвращаюсь к острову за кружкой, Истон встает, и мое тело мгновенно напрягается.

Перестань! Истон тебя не тронет.

— Раз уж ты взялась за дело, Рэйч, может, пожаришь еще бекон, яйца и блинчики? — озорно спрашивает Истон.

Она шутливо хмурится: — Ну ты и наглый. — С ее губ срывается смешок. — Размораживай бекон, пока я готовлю тесто для блинов.

Все пытаются вести себя непринужденно, но печаль, нависшая над нами, кажется невыносимо темной и тяжелой.

Я прочищаю горло и спрашиваю: — Что мне сделать?

Истон указывает на стул у острова: — Сиди.

— Пей кофе и расслабься, — добавляет Рэйчел, — пока Роу готовят тебе завтрак.

Истон вскидывает бровь, глядя на сестру: — Роу?

— Именно. — Когда он ставит коробку яиц на столешницу рядом с ней, она хлопает его по плечу. — Ты помогаешь, братец.

Я вставляю капсулу в кофемашину и, пока напиток льется в кружку, наблюдаю за ними. Этот момент кажется горько-сладким, напоминая старые времена, когда я оставалась у них ночевать.

Если Рэйчел этого хочет, я сделаю все возможное, чтобы поддержать легкую атмосферу.

ИСТОН

Рэйчел шутливо толкает меня плечом, пока я жарю бекон: — Смотри не сожги еду.

Я смотрю на пузырьки, которые образуются на поверхности теста на ее сковороде.

— А ты следи за своими блинами.

Я поглядываю на Нову, которая допивает третью чашку кофе, и с облегчением замечаю, что она выглядит спокойнее.

Я не уверен, что вызвало такую сильную реакцию чуть раньше, но в моей голове зазвонили тревожные колокольчики. Понятно, что она может чувствовать себя неловко, но я никогда не видел, чтобы у нее случались панические атаки.

Она выглядела так, будто до смерти меня боится, и это мне совсем не нравится.

Сверху доносится звук, и Нова вскакивает со стула.

— Черт! Я думала, телефон на беззвучном.

Когда она выбегает из кухни, я провожаю ее взглядом. Повернувшись к Рэйчел, я спрашиваю: — С Новой что-то произошло?

Сестра смотрит на меня.

— А что?

— У нее случилась паническая атака только из-за того, что я спросил о ее работе.

Рэйчел оглядывается в сторону лестницы и говорит: — Да, произошло. Много чего произошло.

— Что именно? — Мой голос звучит неожиданно резко, я совсем забываю про бекон на сковороде.