Она еще слишком хорошо помнила всё, что с ней сделал Дэвид. Помнила его безумный взгляд. Он был жесток и самое главное — непредсказуем. Ему явно нравилось мучить людей и Адель ни капли не удивилась узнав, что Дэвид от этого даже сексуально возбуждался. Но всё это было неважным. Важным оставалось лишь то, что она его боялась. Адель не могла вот так сразу вспомнить, кто еще вызывал в ней такой острый прилив страха. Даже Демона в самом начале их знакомства Адель не боялась. Или же это были просто очень короткие моменты, которые память давно сгладила.

Рука инстинктивно потянулась к животу. Адель тут же заметила, что ее отражение приобрело налет беспокойства. Раньше было проще хотя бы по той простой причине, что Адель не боялась ничего потерять. В основном она раздражалась, когда ее идеально выстроенный порядок кто-то стремился нарушить. Но раздражение и страх — совершенно разные вещи. Теперь же всё изменилось.

С каждым днем Адель ощущала ребенка внутри себя всё отчетливей и отчетливей. С этим ощущением укреплялось и чувство ответственности. Пусть Адель и не планировала этого ребенка, но терять его или подвергать риску не хотела, что лишь подпитывало ее страх. Невозможность предсказать следующий ход со стороны Дэвида неимоверно напрягала.

Отвернувшись от зеркала, Адель поторопилась себя успокоить тем, что на ужин Дэвид приедет не сам, а с отцом. Не то что бы Адель кому-то из их семейки доверяла, но раз уж они согласились встретиться, то планировали что-то поиметь на этом вечере. Какие-то весьма выгодные дивиденды как минимум. К тому же ребята будут присматривать за ней. Это немного приободряло.

Тихо выдохнув, Адель провела ладонями по платью сливового цвета и вышла из своей комнаты. Не хватало еще, чтобы головорезы Роберта расценили ее неторопливость как нежелание подчиниться и сами поволокли ее к гостям. Адель скривилась, вспомнив угрозу Роберта.

«И, если ты не глупая, пойдешь добровольно, иначе тебя приволокут силой. И не уверен, что после этого ты всё еще будешь беременной».

Гости еще не прибыли, но к их встрече всё уже было готово: блюда, алкоголь, сигары. Рассматривая всё это, Адель с трудом заставляла себя не кривиться. Складывалось такое ощущение, словно они ожидали приезда старых друзей, а не… кого?

Врагов! Самых настоящих врагов! Которые только теперь, когда Зейна упекли в психушку, распушили свои хвосты и решили приехать в его дом. Все эти размышления немного угомонили страх и придали сил для злости. А когда в комнате возникла Агата, Адель ощутила и примись раздражения.

После их последнего разговора Адель с Агатой, если и общались, то исключительно на рабочие темы. И то редко. Обычно, этим занимался Джеймс.

Несмотря на то, что Адель понимала мотивы поступков Агаты, лишний раз пересекаться с ней всё равно не хотелось. Но, судя по всему, сегодня предстояло вытерпеть и это. Адель коротко кивнула Агате в знак приветствия и решила, что будет держаться от нее подальше, чтобы лишний раз не играть на собственных нервах.

Через некоторое время стало известно, что Томсоны приехали. Люди Роберта тут же засуетились. Адель поискала взглядами ребят. Их на встречу никто не приглашал, но заметив их на втором этаже, сразу же стало чуть легче.

Томсон-старший и его сын приехали с внушительным количеством охраны.

«Не доверяют, — подумалось Адель. — И правильно делают».

Не без усилий, но ей всё же удалось сохранить маску равнодушия на своем лице. Говард в ее сторону ни разу не взглянул. Его светло-голубые, словно прозрачные, глаза сосредоточились исключительно на фигуре Роберта, который уже поспешил встретить гостей.

Осторожно наблюдая за этими двумя, Адель поймала себя на мысли, что Говард словно бы примирял на Роберте его новое положение. Как именно Томсон относился к таким кардинальным изменениям, Адель понять не могла, его лицо было непроницаемым.

А вот Дэвид всем своим видом демонстрировал свое превосходство над окружающими. Он явно не был в восторге от того, что пришлось приехать сюда. Но, похоже, перечить отцу Дэвид не осмеливался.

С пренебрежением осматривая убранство дома, Дэвид остановил свой взгляд на Адель. Она могла поклясться, что в этот момент в его глазах вспыхнуло нечто такое, отчего по спине тут же холодной змеей скользнули ледяные мурашки. И Дэвид будто четко считал эту реакцию, отчего на его губах заиграла самодовольная, граничащая с хищной, отвратительная улыбка.

Адель неуютно повела плечами и постаралась сосредоточить свое внимание на том, что там происходило между Говардом и Робертом. Судя по тому, что беседу планировали проводить не в приватном формате ничего из того, что должно было сохраняться в секрете озвучивать никто не собирался.

— Я уж и в самом деле начал опасаться, что Зейн и впрямь заключил сделку с каким-нибудь демоном. Неуловимая скользкая пиявка достаточно попила моей крови. — Произнес Говард и по-хозяйски раскинувшись в кресле, подхватил подготовленный бокал с алкоголем.

Вся охрана, которая прибыла с гостями, тут же рассредоточилась по периметру. Ощущение отсутствия уюта у Адель только возросло. Мельком рассматривая охрану, она напряженно отметила, что сейчас они все были окружены. Но ни Роберта, ни его людей это, похоже, ни капли не настораживало.