Я хочу, чтобы он был счастлив. Хочу, чтобы его самое заветное желание сбылось, и он стал отцом. Просто я оказалась не той женщиной, которая сможет дать ему ровно столько любви, тепла и нежности, сколько он заслужил.

Прощаюсь с Мирой, снова обещаю ей, что мы обязательно еще встретимся, благодарю ее за нашу дружбу и размыкаю объятия.

Когда шасси моего самолета отрываются от земли я не испытываю никакого облегчения. Я вообще больше ничего не чувствую. Моя оболочка здесь, а всё, что ее наполняло, осталось там, в звенящей тишине рунаевской квартиры.

Ива

Два года спустя…

— Ива! — ко мне со всех ног несётся Маришка.

Она уже заметно подросла и стала еще красивей. Маленькое сладкое солнышко.

Я присаживаюсь на корточки и распахиваю свои объятия для крестницы. Она тут же в них падает и смеется. Не могу удержаться и тоже смеюсь. Крепко обнимаю Маришку и утыкаюсь носом в ее макушку. Малышка и в самом деле пахнет сладостью.

— Как же я по тебе соскучилась, — шепчу ей на ушко и растираю ладонью спинку.

— Я тоже! Очень-очень! — маленькие ручонки крепче обвиваются вокруг моей шеи.

Мне так приятно это слышать, что на глаза наворачиваются непрошенные слезы. Стараюсь сморгнуть их, но не получается. Мысленно отдергиваю себя и не ругаю за эмоции. Это ведь нормально, правда же? Когда хочется смеяться — смеюсь. Когда плакать — плачу. Когда просто погрустить — грущу.

— Мариш, отпусти крёстную. Она же только с дороги. Устала, наверное, — к нам подбегает Мира.

— Всё хорошо. Перелёт был легким и быстрым.

Когда Маришка меня отпускает, я выпрямляюсь и обнимаю подругу.

Конечно, мы поддерживаем связь. Полгода назад Мира даже прилетела ко мне на выходные. Мы устроили небольшой девичник, я провела ей экскурсию в своем филиале «Плазы».

Но это всё равно не то. Слишком мало времени. Мы даже и половину тем обсудить не успели. А по телефону или видеосвязи нет той комфортной доверительной атмосферы. Поэтому я обнимаю Миру так, словно мы не виделись сто лет.

— Как ты? — тихонько спрашивает она, заглядывая мне в глаза и растирая ладонями мои плечи.

— Нормально.

Это слово с недавних пор стало моим… хм… любимым. Минимум эмоционального окраса. Оно нейтральное. Как ни посмотри, ни в одну из сторон не перевешивает.

Мира кивает мне. Ее водитель забирает мои вещи и молча несет в машину.

По дороге в ЖК, где я арендовала квартиру на ближайший месяц, атмосферу собой заполняет Маришка. Она щебечет без остановки. Рассказывает, как у нее дела в саду и на кружке по рисованию. Трогает меня и часто повторяет, что я красивая.

— Мамочка? Наша Ива красивая, да?

— Самая красивая, — улыбается Мира.

Со мной происходит то, чего я давно не ощущала. Смущение. Детские эмоции такие искренние и сильные, что запросто могут снести с ног. Но это, как ни странно, до жути приятно.

Квартира оказывается ровно такой, какой я ее увидела на фотографиях. Просторная и светлая. То, что нужно.

Первым делом, когда мы переступаем порог, я принимаюсь доставать подарки для Маришки. В этом деле я никогда не знаю меры. Но мне нравится ее баловать. Ничего не могу с собой поделать.

Маришка ожидаемо приходит в восторг от новых кукол и целого гардероба для них. Каждую из них я выбирала тщательно. Приходилось консультироваться с Мирой, чтобы не привезти те, которые у Маришки уже есть. Теперь у нее полная коллекция. Но насколько я знаю, к ним компания игрушек уже готовит отдельную с домашними питомцами.

Пока малышка распаковывает подарки, я раскладываю вещи и поглядываю на часы. Сегодня нужно еще успеть заглянуть в офис. Эти два года я вела дела здешней «Плазы» удаленно. Оставила толкового заместителя. К счастью, не прогадала.

— Моя выставка только послезавтра, — напоминает Мира. — Но сегодня и завтра я относительно свободная. Мы можем где-нибудь спокойно посидеть и поболтать, что скажешь?

— Я скажу, что всеми руками и ногами «за», — улыбаюсь. — И учти, я намерена что-нибудь приобрести у тебя на выставке.

— Прекрати, — машет рукой Мира. — Я могу тебе и так подарить. Только назови номер работы.

— Нет, — качаю головой. — Так дела не ведутся, подруга. Бизнес есть бизнес.

— Я окружена одними бизнесменами, — театрально вздыхает подруга. — Сплошные деньги и статистика.

Мы смеемся.

Только сейчас я в полной мере осознаю, как же мне не хватало Миры. Не хватало вот этой ее легкости и беззаботности. Последние два года я только то и делала, что работала.

Работала-работа-работала.

У меня почти не было выходных. Не было полноценного отпуска. Не было ни единой минуты, когда я могла остановиться и… Нет. Я до сих пор боюсь думать о нем . Внутри всё еще болит. С разной интенсивностью и периодичностью, но болит.

— Ну а как там у тебя дела с тем дизайнером интерьеров? — интересуется Мира и игриво посматривает в мою сторону.