Кристофер обработал перекисью порез и вновь посмотрел на девушку. От его взгляда не ускользнули раскрасневшиеся щёки и бешено пульсирующая жилка на тонкой шее.

— С чего ты решила, что отнимаешь моё время?

— Вы приехали к Верту, а вместо этого возитесь со мной, — тихо проговорила Оливия. — Извините…

— Я сделал то, что сделал бы на моём месте каждый мужчина, — перебил её Кристофер.

Аккуратно, но вместе с тем уверенно он начал перебинтовывать раненный палец девушки. Оливия отвела взгляд от его рук, отрешенно смотря на серые стены в гостиной. Изо всех сил она старалась не показывать растущее смущение. Мистер Лонсдейл сидел близко, слишком, его терпкий парфюм обдавал её слишком, его прикосновения стали слишком…

Оливия взволнованно посмотрела на Кристофера. Его пальцы прошлись по её ладони, слегка отодвинув рукав блузки и оголяя бледную кожу с проступающими голубыми венами. Когда его рука медленно обхватила её запястье, Оливия напряжённо сглотнула. Этот жест почему-то вызвал целую бурю внутри.

— Извините, — Оливия одернула руку. — Мне так и не удалось остановить кровь, и если бы не вы… Спасибо…

— Перестань извиняться, — устало проговорил Кристофер. — И перестань благодарить меня за то, что я бы и так сделал.

Он вернул в аптечку бинт и перекись, затем снова стал неотрывно наблюдать за Оливией. Такие застенчивые ему ещё не попадались. В его жизни было много девиц, и много, кто из них строил из себя недотрог и тихонь. Но то было напускным и фальшивым. Кристофер был искушённым в этом вопросе, чтобы с уверенностью заявить — сидевшая рядом с ним девушка сейчас не играла. А если играла — то безупречней игры он не встречал.

Не выдержав, Кристофер приподнял её голову за подбородок, желая смотреть прямо в глаза. На этот раз Оливия не вздрогнула и даже на несколько секунд выдержала его проницательный взгляд.

— Ты ценный экземпляр, Оливия. Какие события бы не происходили вокруг, но женщина должна оставаться женщиной. Той, с которой не нужно сражаться. Той, которую хочется завоёвывать и защищать. Ты выглядишь именно так. Знаешь, что самое ужасное, Оливия? Что большинство считает, что это неправильно. Что женщина не должна быть слаба. Ещё никогда общество не было так жестоко и требовательно к девушкам. Если вы не можете быть наравне с мужчинами, то вас считают аморфными и бесхарактерными. А тех, кому удаётся обогнать мужчин, безгранично осуждают за это. Но на самом деле это не так. Женщины не стали сильнее. Мужчины стали слабее. И я ненавижу настоящее время за это.

От низкого обволакивающего голоса Оливии стало резко не хватать воздуха. Она вдохнула полной грудью, чувствуя, как дорогой парфюм мистера Лонсдейла проникает внутрь, и она сама пропитывается им.

— У девушек не остаётся другого пути, кроме как стать сильной. Часто в этом способствуют сами мужчины, — тихо проговорила она.

Большим пальцем Кристофер провёл по щеке Оливии, и ему показалось, что подушечка пальца в этот момент стала самой чувствительной на земле. Ему хотелось дальше касаться её лица, хотелось очертить контур мягких и наверняка податливых губ и испробовать их на вкус.

— Подлецы и злодеи были во все времена, — невесело усмехнулся он. — Но сейчас они почему-то обвиняют в своей слабости девушек.

— Стало быть, вы не злодей, мистер Лонсдейл? — Оливия опустила ресницы и закусила губу.

— А тебе нравятся злодеи, Оливия?

В воздухе повисло напряжённое молчание. Где-то вдалеке на улице раздался автомобильный визг тормозов, и Оливии показалось, что сейчас её зацепит на тормозном пути и снесут, прокатив на капоте. Её сердце грохотало так громко, что Оливия до последнего надеялась, что Кристофер не услышит позорного стука.

— Смотря из-за чего злодей стал злодеем, — наконец прошептала она.

Девушка заёрзала на диване, и Кристофер убрал руку от её лица, заметив её искреннее смятение.

— Прости, что поставил тебя в неловкое положение. Вечер и нахождение в квартире двух взрослых людей не самое лучшее сочетание. Мне пора, — Кристофер поднялся с дивана.

— Вы заезжали к Верту? — Оливия обхватила свои плечи руками и мысленно отругала себя за подобный глупый вопрос. Ну зачем ещё заезжать сюда такому деловому человеку, как Кристофер?

— Да, — Кристофер вернулся в гостиную, уже застёгивая на ходу пальто. — Это мой номер. Если будет нужна моя помощь или что-то случится, звони. В любой час.

— Спасибо, мистер Лонсдейл, — Оливия нерешительно взяла из его рук визитку.

— Называй меня Крис.

Размеренным шагом он вышел из гостиной. Вскоре Оливия услышала, как захлопнулась дверь. Её щеки налились ещё большим румянцем, когда она поняла, что не проводила Кристофера и так не осмелилась посмотреть в его глаза.

— Ведёшь себя, как ребёнок, — Оливия закрыла лицо руками, чувствуя под пальцами пылающую кожу.