Луна по-прежнему была немым свидетелем, как Верт сжимает в кулак густые прямые волосы, заставляя Алису запрокинуть голову. Он жадно впивается губами в ее тонкую шею, оставляя смазанный поцелуй. Ее запах жасмина бьет наотмашь в лицо, срывает клеммы, заставляет выкинуть все ненужное из головы. Есть только он и она, остальное не важно.

Здесь только ее напряжённое, глубокое дыхание. Здесь только ее пронзительный взгляд, который становится мутным, застилается пеленой возбуждения. Здесь только ее хрупкое тело, от которого исходит мощный жар.

Верт безжалостно тянул на себе волосы, игнорируя ноющую, свербящую боль. Как вернуть трезвый ум? Как прогнать навязчивые мысли, которые изъели его мозг, словно голодные черви? С каждой секундой их становилось все больше и больше.

Верт взглянул на себя в зеркало, висевшее на лобовом стекле. Давай, выключай рубильник с сегодняшней ночной сценой с Алисой и возвращайся в реальность, идиот! Но как только он прикрыл глаза, перед ним проскочила вспышка.

Верт выпускает два тонких запястья, чтобы порвать на Алисе блузку. Он торопливо и резко убирает ненужный шелковый барьер и властно рассматривает сначала изящную талию, а затем небольшую, но соблазнительно округлую грудь. Его серые глаза покрываются пеленой наслаждения от открывшегося только для него вида. Не в силах сдержаться, Верт жадно сжимает маленькую грудь, ощущая, как под его ладонями соски моментально реагируют на него.

Кровь в его теле вскипает, разгоняется и приливает вниз живота. Не справившись со своим желанием, Верт набрасывается на Алису, припадая губами к светлой фарфоровой коже. Когда ему становится мало одной груди, он переходит к следующей, обхватывая ртом, налитый острым желанием сосок. После чего поднимается к шее и обводит языком отчаянно пульсирующую жилку. Продолжая покрывать Алису поцелуями, Верт опускается к животу, чувствуя, как ему сложно насытится.

Его губы долго пробуют ее на вкус, смакуют, наслаждено терзают. Еще раз, еще раз и еще раз. После него на шее, груди, животе остаются бесстыдные засосы.

Ему нравилось то, что он с ней делал. Ему нравилась та, с которой он это делал, но его желания и чувства не должны вырваться наружу. Алиса не имела права этого знать.

Изо всех сил Верт старался скрыть восхищение, когда она изогнулась под ним, отдаваясь собственным ощущениям. С ее губ слетел стон, и он не узнал ее. Она была совершенно другая. Не бросала вызов, не ехидничала и не пыталась уничтожить его нервы. Алиса предстала перед ним чувственная, горячая, голодная до его поцелуев и ласк. Ее руки нетерпеливо потянулись к нему, и с непосильным трудом Верт оторвался от неё.

Верт считал, что не должен показывать ей своих истинных чувств. Вместо этого он должен обходиться с нею грубо. Только так он покорит ее лютый нрав и выбьет из нее спесь.

Издевательски склонившись над ней, Верт нагло посмотрел на неё и ухмыльнулся.

— Если бы я хотел, то ты была бы моей.

С размаху Верт ударился головой о руль. Пускай заработает сотрясение, может быть в другой раз он не будет вести себя, как полный кретин. Зачем он произнес это? Зачем заставил ее в очередной раз страдать?

Ему действительно стоило разогнаться и куда-нибудь врезаться!

Верт вновь нажал на газ, а по его горлу скатился огромных размеров ком. Если бы он только обладал способностью отмотать время… Он бы ни за что не согласился на заказ с отцом Алисы. Он бы не угробил мистера Сильвера, не встретил Алису, не расстался с Оливией. Ничего бы этого не было.

Верт припарковался у спортивного клуба. Он знал, что его двери открыты даже в столь поздний час. Именно здесь Верт собирался найти спасение.

Через несколько минут он колотил грушу, истязал ее и себя, надеясь заблокировать свои мысли. Цепочка под потолком протяжно звенела, безвольно висящий кожаный мешок раскачивался из сторону в сторону. Верт не подозревал, что внутри него сосредоточилось столько мощи и силы.

Он избивал грушу, уничтожал, пытался разнести ее в пух и прах, и остановился только тогда, когда сочившаяся по его рукам кровь, не давала совершать прямые удары, предательски скользя по коже боксерского мешка.

Глубоко вздохнув, Верт прижался к стене и рухнул на пол. Сердце бешено стучало, пульс подскочил до предельной отметки, костяшки на пальцах свербели от боли. Но вместе с этим к нему наконец вернулась способность трезво мыслить.

Он постарается все исправить. Иначе никак. Иначе он сойдет с ума.

Дорогой друг, большое спасибо, что заметил «Интро Верт» среди тысячи других книг и дошел до конца первой части. Вполне вероятно, что среди героев этой истории какие-то персонажи показались отталкивающими или грубыми. К таким героям намного сложнее привыкнуть и впустить в свое сердце. Намного проще влюбиться в добрых, правильных и с открытой душой.

Но это только начало. Верта, Оливию, Алису, Саймона, Берту и других ждет непростой путь. И я очень надеюсь, что ты захочешь пройти его вместе с ними, чтобы увидеть их преображение.

Продолжение этой истории появится совсем скоро.

С любовью, Мари Мур.