Я даже не пьян, но ее слова отрезвляют сильнее пощечины. Потому что я всегда буду делить ее — тайно, в тени ее брака с моим братом. Одна только эта мысль заставляет меня сжать ее забытые туфли и выхватить бокал из ее руки. Одним быстрым движением я выпиваю украденную жидкость, наслаждаясь ее сладостью на своем языке.

— Передумал следить за мной, да? — смеется она, удивленно поднимая брови.

Я подзываю слугу и забираю еще два бокала шампанского с его подноса.

— О, я все равно буду смотреть на тебя, когда напьюсь, дорогая. Именно в этом и заключается проблема.

Беря протянутый бокал, она бросает на меня лукавый взгляд.

— И почему же это проблема?

Я наклоняюсь ближе, шепча:

— Потому что мы должны держаться друг от друга подальше, помнишь? Мне и трезвому с этим трудно справляться.

Что-то в том, как она смотрит на меня, мешает мне мыслить здраво. Эта версия Пэйдин опаснее той, что держала клинок у моего горла. Алкоголь придает ей смелости и развязывает язык, позволяя говорить то, что она обычно скрывает. И, честно говоря, я не знаю, как сдерживаться рядом с Пэйдин, которая сама так отчаянно преследует меня.

Пожалуй, она даже немного пугает меня. Я не привык к этому ощущению.

— В таком случае… — Ее голос звучит лениво, протяжно. Она прижимает пальцы ко дну моего бокала и подносит его к моим губам. Мы не отводим глаз друг от друга, даже когда она наклоняет бокал. — Посмотрим, насколько хороша твоя выдержка, Силовик. — Напевает она, протягивая мне свое шампанское.

Я вздыхаю и делаю щедрый глоток.

— Разве не этим ты занималась с того дня, как мы встретились?

Она прищелкивает языком.

— Меня не очаруют твои красивые слова, принц.

Уголки моих губ поднимаются в хищной ухмылке.

— Кажется, для этого уже поздновато, разве нет?

— Самоуверенный засранец, — шепчет она.

— Милая Пэй, — отвечаю я.

Я долго любуюсь ею, отчаянно желая, чтобы мы были единственными в этой комнате. Желая, чтобы здесь не было зрителей, не было правил, которым нужно следовать. И, кажется, она думает о том же, потому что вдруг фыркает, вырывает бокал из моих рук и допивает шампанское.

— Я хочу танцевать, — заявляет она с покрасневшим лицом.

Я прячу руки в карманы моих темных брюк.

— Тогда придется попросить меня как следует.

— А с чего ты взял, что я хочу танцевать именно с тобой?

— Я не могу придумать ни единой причины, по которой ты бы не захотела.

Ее ухмылка становится еще шире, прежде чем она поворачивается ко мне спиной и зовет:

— Джакс!

Долговязая фигура в другом конце комнаты оборачивается на звук своего имени. Когда его взгляд падает на машущую ему Пэйдин, его лицо расплывается в улыбке. Он спешит к ней, широкими шагами пробираясь сквозь толпу.

— Привет, Пэйдин! — говорит он с бодростью, едва скрывающей волнение в голосе.

— Привет, Джакс, — говорит она.

Когда она улыбается ему, я замечаю нервное движение кадыка Джакса.

— Я скучала.

— П-правда?

— Конечно, — отвечает она и протягивает руку. — Пошли танцевать.

Глаза Джакса расширяются. А Пэйдин, между тем, сует мне в ладонь свой пустой бокал. Потом бросает на меня самодовольный взгляд через плечо, в то время как тащит моего младшего брата на танцпол. Я качаю головой, глядя на ее обнаженную спину, на то, как серебристое платье колышется позади нее, в то время как Джакс идет рядом.

Вскоре я уже смеюсь над тем, как они пытаются танцевать. Они с трудом делают хотя бы пару шагов, не спотыкаясь, а Пэй не может перестать смеяться достаточно долго, чтобы попытаться танцевать нормально. Вместо этого она, похоже, решила вообще не следовать никакой хореографии — просто делает то, что хочет.

Подняв ее туфли, я возвращаюсь к колонне и прислоняюсь к ней, наблюдая за тем, как они кружатся по залу. Они широко улыбаются, и их смех разносится по всему периметру, достигая даже моих ушей. Это напоминает мне о том времени, когда…

— Раньше мы все время так смеялись.

Китт задевает меня плечом, огибая колонну. Я смотрю на него и качаю головой.

— Ты читаешь мои мысли.

У него усталый голос.

— Я скучаю по тем временам, когда балы приносили удовольствие.

— Я тоже, — говорю я, глядя на танцпол. — По крайней мере, хоть кто-то тут получает удовольствие.

Он отхлебывает из бокала, следя взглядом за вращающейся Пэйдин.

— Она выглядит такой… счастливой.

— Ну, — вздыхаю я, — полдюжины бокалов шампанского сделают с человеком и не такое.

Китт фыркает.

— Значит, она решила воспользоваться твоим методом?

— Похоже на то, — я выдавливаю улыбку. — Хотя у нее выходит лучше. Я бы уже давно украл бутылку чего-нибудь покрепче и побрел бы в свою комнату.

— А я бы пошел за тобой, — добавляет Китт, — потому что я ни за что не вынесу бал без тебя, страдающего на нем вместе со мной.

Я качаю головой, улыбаясь в пол.

— Славные были деньки, да?

— О да, — выдыхает он. — Хотел бы, чтобы наши главные заботы все еще ограничивались этими балами.