Я мог сдерживать легион, но оставались ещё три проблемы Калануа и Паргады: падальщики, право Аары на трон и вода.
Яран созвал Совет, и впервые я встретился с ними лицом к лицу. Впервые я официально влез в политику здешнего народа, а значит, мне становилось тяжелее всё бросить, если я всё-таки решил бы вернуться в Астару.
Совет состоял из шести самых мудрых и влиятельных людей, семьи которых в нужное время смогли помочь в восстановлении жизни. Трое помогли с сохранением посевов, фруктовых садов и выращиванием скота. Они отлично разбирались в важности экономики и торговли, понимали, как всё удержать в балансе. Один – бывший военный, занимающийся солдатами и обороной города. Один – жрец, ещё один – учитель, который заботился о сохранении книг и знаний. Последние двое были самыми старыми, они очень медленно передвигались, хотя мимика их была живой, а глаза ясными. Остальные им всячески помогали и обязательно интересовались их мнением по каждому вопросу. Никто им не перечил и не перебивал. Именно значимость жреца и учителя удивила меня сильнее всего. Везде – от Астары до Церы – при упоминании пустыни на юге все как один говорили о варварах, но эти люди хранили книги и свои знания с не меньшей бережностью, чем посевы и сталь. Они оберегали собственные традиции так же рьяно, как это делал народ моего отца.
Мне не пришлось демонстрировать свои способности присутствующим, все поверили Ярану на слово. Но никто не стал кланяться мне или отступать в страхе, все продолжали сидеть за круглым столом. И лишь их внимательные взгляды, которые следили за каждым моим движением, говорили о том, что они напряжены.
– Вам стоит увеличить Совет, – без лишних церемоний высказался я, после того как слуги принесли всем чай с фруктами и покинули помещение.
Это стало моим первым предложением.
Некоторые нахмурились, другие выглядели удивлёнными, но никто не издал и звука, дожидаясь объяснения.
– Я уверен, что здесь собраны самые достойные, но теперь есть новая каста людей. Люди с Дарами. Дар Тьмы пугает многих за границей вашей пустыни, но побочный Дар исцеления – настоящее чудо. Людей с данной способностью нужно собрать, защищать и обучать, если у них недостаточно знаний. Стоит подумать о целителях, начать экспериментировать, чтобы определить, способны ли мы вылечить любую болезнь или же у этого Дара есть границы. – На этих словах я не стал смотреть на Ярана, разговор о его заболевании нам ещё только предстоял, и я планировал обсудить это с ним наедине. – Можно создать для них что-то наподобие школ или храмов, а самого способного и опытного позже ввести в Совет.
Присутствующие зашептались, наклоняясь друг к другу. Это показалось мне бессмысленным, мы сидели за одним столом, и своё мнение они могли выражать вслух. Яран молча отпил чай, и я удержал свои мысли при себе, давая Совету минуту на короткое обсуждение.
– Что касается способных к перемещению – они будут лучшими в разведке или армии, – продолжил я.
– Мы уже призываем людей, обладающих Даром перемещения, в разведку, – заговорил ответственный за местных солдат. – Об их призыве в армию тоже решаем вопрос. А вот насчёт целительства… – он переглянулся со жрецом и местным учёным, ища их поддержки, – это кажется достойной идеей. В перспективе это сыграет нам на руку.
– Люди с Даром могут плохо воспринять насильственный призыв в армию. Далеко не все рады своим способностям, они могут их ненавидеть и скрывать. При количестве людей, выживших на вашей территории, потеря в качестве воинов людей со способностями станет огромным упущением. Вы малочисленны, – в лицо бросил я им. Вряд ли отец был бы доволен моей прямотой, но в политике я никогда не любил затянутые речи. – Откажитесь от принуждения, а взамен сделайте так, чтобы люди сами хотели пополнить ряды стражи. Достойная оплата, защита, статус – любой вариант подойдет. Главное, чтобы ношение формы стало гордостью.
– Ты прав, Илос, мы как раз решаем этот вопрос, – согласился другой советник. – У нас лишь несколько сотен солдат, и их уже недостаточно для защиты. Проблемы с водой и растительностью не дают нам возможности разводить лошадей в необходимом количестве. А для разборок с Падшими нам бы не помешала вооружённая конница. Мы не можем себе позволить риск потерять даже малое количество воинов.
Я согласно кивнул, вспомнив рассказы о местных поджарых конях. Нам с братьями удалось встретить двух особей на границе с пустыней. Прекрасные животные светлого окраса. Выносливые, длинноногие, они бегали так, словно земли не касались вовсе. Наличие конницы существенно облегчило бы мобильность, притом что, по данным, во всей армии Паргады было не больше сорока людей, владеющих переносом.